Царство Серебряное

Через год, в сырой, холодный день поднесли им еду и питье, а в питье том подмешано было сонное зелье. Выпили они зелье и уснули непробудным сном. А в полночь взволновалась вода в реке, в небе гром ударил, то ехал змей о шести головах. Вот переехал он через реку, убил царя Серебряного и царя Золотого, а царство Золотое сжег. Выше неба высокого зарево полыхало!

— На счастье царевна Золотая, наследница Золотого царства в гостях была в царстве Серебряном, тем и спаслась. Наутро матушка твоя оделась в траурные одежды и поклялась над телом мужа, что не видать врагу царства Серебряного, а тебя передала мне и отправила прочь.

С тех пор сама она покоя никогда не знала. Орды змеиные так и кружат за рекой, но напасть не решаются.

— А когда я увижу свою мать?

— В положенное время, милая. Ты отдыхай пока, а мы тебя умаслим, покормим, чтобы ты была гладкая, красивая, настоящая царевна Серебряная. Вот достанем тебе серебряный венец, сошьем одежду праздничную, по рукавам узоры обережные пустим и у горла — узоры. На подоле платья твоего — город серебряный.

Очелье красное, с оберегами, приготовим, пояс серебряный, чеканный. А в косу вплетём жемчуг и ленты серебряные. И поедешь ты к своей матери… ой, да ты ведь спишь, ягодка моя… спи-поспи!

И она завела снова колыбельную, тихо раскачиваясь. Ветерок шевелил вуаль над лампой и тени стрекоз плыли по занавесям и стенам, а под окнами девушки тоже завели песню и её мотив перекликаясь с колыбельной, плыл над землей.

Лена проснулась когда названная мать уже ушла и ранний вечер опустился на землю.

Открылась дверь, одна из девиц-голубок принесла ей ужин на огромном подносе. Поставила на постель, проворковала ласково:

— Покушайте, царевна наша дорогая!

В комнату скользнула и другая, вместе они принялись кормить Лену чуть ли не с ложки, повязывали ей салфетку, наливали из кувшинчиков чай и брусничный напиток в стаканчики.

Лена показала рукой, что она сама может и не надо помогать ей как маленькой. Девушки легко отступили, одна застыла сбоку, чуть согнув спину, другая села у ног на табуреточке и сложив подбородок на кулачки, уставилась на Лену с умильной улыбкой.

— Что вы так на меня смотрите? — не выдержала Лена наконец.

— Любуемся красотой ненаглядной. Столько ждали царевну нашу прекрасную!

Позже они ушли, унесли поднос. Лена зевнула, встала. У кровати лежало платье — длинное, из тяжелой ткани, подол весь расшит серебряной нитью. Рядом тонкая, невесомая рубашка тоже в пол, по подолу и вороту сложные, красные узоры.