Царство Серебряное

Лена, ничего не понимая, посмотрела на сестер, потом вперед. Повозки как раз выезжали к мосту и тут-то она все увидела: там, у моста было черно от коней и всадников.

— Матушка, может быть быть, вам бежать? — тихо спросила она.

Царица Серебряная улыбнулась. Румянец постепенно возвращался к ней.

— Нет, бегать мне не по чину, милая. И не бойся, ничего не бойся. Это ещё не схватка, это лишь разговоры.

— Я буду рядом, — сказала Лена и сжала руку матери.

Та улыбнулась ей:

— Я знаю.

А теперь успокойтесь, девочки.

На повозках, что шли за ними, тоже заметили суету за мостом, поднялись разговоры, которые впрочем стихли, едва только приблизились к реке. Сидя рядом с матерью, Лена чувствовала, что на них смотрят сзади и это придавало ей сил.

Впрочем, от спокойствия ничего не осталось, когда она разглядела тех, кто ожидал их. Впереди прочих, у моста застыло чудовище, настоящий монстр из кошмаров.

Существо было втрое больше человека, с висящим пузом над кривыми лапами.

Выше располагалась еще пара когтистых лап, а на толстой шее, толще, чем торс взрослого мужчины покачивалась голова, верхняя часть которой была похожа на голову ящерицы: уши, глаза, чешуйчатая кожа и отсутствующий нос замерли над человеческим подбородком.

Змей — поняла она. И тут же про него забыла, потому, что разглядела того, кто был с ним рядом. Вадим. Голова у неё закружилась и стало тяжело стоять, будто её под колени ударили.

Между тем, перехватив поводья, царица Серебряная остановила коней на середине моста и встала во весь рост.

Змей смотрел на неё с усмешкой. Но как бы не был чудовищен его вид, какой бы не внушал он ужас, Лена не могла глаз отвести от Вадима.

Он изменился, очень. Лицо заострилось, очерствело. Теперь он будто из камня высечен. А вокруг глаз темные круги. Ни разу он даже не взглянул на неё. Почему? Стыдится? Презирает? А что она? Что чувствует? И этого она не могла понять.

Между тем змей прошипел и вместе со словами из пасти вырвался слабый дымок:

— Здравствуй, царица Серебряная! А мы в гости к тебе пожаловали! Да дома не застали.

— Не до гостей мне, змей! Дел много! Говори, зачем пожаловал, да падаль эту с земли моей убери.

Палец царицы явно указывал на Вадима, но тот даже не поднял голову. А змей усмехнулся:

— Не ласкова ты! Ладно, я не обидчивый. Я пришел к тебе не войны искать, а мира.