Дом с Мавританской башней

«Если взять живое, что сделалось не таковым, и поместить в самое сердце…»

Внизу хлопнула дверь, и послышался звонкий голос вовсе растерявшей манеры Мэри.

- Мистер Лэнгли! Мисс Вирджиния!

- Вы побледнели, - сказал Лэнгли. – Вам надо поесть. И одеться. Я пришлю Мэри.

Горничная вбежала в этот момент с корзиной, истекающей ароматами пирогов и вафель. Лэнгли отпустил руку Вирджинии (та только теперь сообразила, что он держал ее во время почти всего разговора) и поднялся.

- Я сварю еще кофе.

Мэри проводила его взглядом, водрузила корзинку на столик и принялась выкладывать завтрак: аккуратно завернутые в фольгу и салфетки тарелки.

Вкусно пахло пирогом, сладкими вафлями, ветчиной, грушами и шпинатом. В глазах Мэри плясали чертики.

- Как спалось, мисс?

- Принеси мне платье, - сухо сказала Вирджиния. – Новое, шоколадное. И бежевую кофту. И шерстяные чулки. И туфли под них, те, которые почти без каблука. Живее, Мэри!

Горничная, насупившись, поплелась исполнять распоряжение совершенно безо всякого энтузиазма.

Вирджиния, силясь подавить раздражение, залпом допила кофе. Чтобы всякая служанка ей делала намеки! В прочем, что еще могла подумать горничная? Вирджиния помрачнела еще сильнее.

Вернулась Мэри, молча отдала одежду и продолжила разбирать корзину. Даже не отвернулась. Вирджиния отбросила наконец досаду, оделась и накинула на плечи плед.

- Как здоровье миссис Петерсон? – предприняла она попытку завязать мирный разговор.

- Нормально, мисс, - сухо ответила Мэри.

Вирджинию неприятно это кольнуло.

В самом деле, зачем ей было злиться на горничную и так грубо с ней разговаривать? В конце концов, это не она делала намеки, это Вирджиния чувствовала себя… виноватой? Немного не то. Застигнутой на месте преступления.

- Мэри, я…

- Вы очень верно заметили, мисс, что мне не следует лезть не в свое дело.

- Но я ничего не говорила!

- Что-нибудь еще, сэр? – спросила Мэри у подошедшего Лэнгли.

- Что? А, нет, Мэри, ты можешь быть пока свободна.

- Благодарю, сэр, - горничная изобразила (именно, что изобразила) реверанс.

– Кое что еще. Треверсы заявили в полицию о пропаже, а с ними и мистер Кортни. Констебль приедет завтра утром, и велел всем быть по домам в десять.

- Спасибо, - кивнул Лэнгли. – Ты свободна.

Мэрии фыркнула, вскинула голову и пошла вниз.

- Что это с ней? – удивился Лэнгли.

- Слишком богатое воображение, сэр, - мрачно ответила Вирджиния. – И слишком длинный язык.

- Что есть, то есть, - согласился Лэнгли.