Медвежье сердце

— Вот оно что, — правитель кивнул. — Юная любовь, значит. Никак не может насытиться молодым супругом.

Гнев Ивроса усилился. Он был готов вырваться и выжечь изнутри всю эту комнатушку. От одной только мысли, что Гвин оставалась у Мейхарта. И что могла бы ощутить к нему некую привязанность. Глупости. Конечно, не могла. Не говоря уже о том, чтобы принц прикасался к вишенке снова. После той их ночи в сокровищнице.

— Дело не в любви, мой Император, — Авериус Гарана презрительно фыркнул. — Это семейный момент, скорее.

— Не сомневаюсь, — Салдор Септиан перевел взгляд на мастера над рунами. — Керика, твое присутствие сегодня к добру?

Ироничная улыбка скользнула по тонким губам правителя.

— Мой Император, — чародейка укоризненно покачала головой, зазвенев при этом бусинками в косичках. Она изобразила на лице выражение искренней обиды, но в прищуренных глазах читался задор. — Можно подумать, я приношу лишь неприятные хлопоты.

— Приятные тоже приносишь, — Салдор Септиан, наконец, повернулся к Ивросу.

Авериус Гарана приосанился.

— Мой Император, — архимаг сплел пальцы перед собой на столе. — Позвольте представить, Иврос импери Хагмор.

— Норлан, — сухо поправил молодой колдун. — Хагмор — род моей матери.

Авериус Гарана повернулся к Ивросу. Медленно. Очень медленно. Его взглядом можно было плавить металл.

Керика тихо усмехнулась. Опустила глаза.

— Ты ему весь торжественный момент испортил, — произнесла она нарочито громким шепотом, обращаясь к Иву.

Однако, Император не обратил ни малейшего внимания на эту мелкую сестринскую колкость. Он с интересом смотрел на Ивроса. И от этого взгляда становилось неуютно. Будто он видел колдуна насквозь. Ив успокоился лишь тем, что вмешательство в разум было запрещено. Потому вряд ли правитель мог позволить себе читать его мысли. Да и вмешательство в свою энергию молодой импери не ощущал, как было в случае с Еванией или Гвин.

— Хагмор, значит, — Салдор Септиан задумчиво потер подбородок. — Не думал, что из их рода кто-либо вообще дожил до наших дней.

— Могу заверить, что Иврос точно их потомок, — Авериус Гарана закончил сердито глядеть на сестру и Ивроса и повернулся к нему. — Мы были в их родовом замке. В крепости, где они скрывались веками. Под ней есть крипта с криницей. Той самой родовой криницей для праха, которой пользовались импери прежде.