Медвежье сердце

— Сказала девка, которая готова убить человека по чужому приказу, — она присела на корточки перед узницей и свободной рукой задрала на ней робу, оголяя кожу на левом бедре выше колена.

— Нет! — Алиссана задергалась, но цепи держали крепко. — Я все скажу! Нет!

Все произошло очень быстро.

Раскаленное клеймо вгрызлось в кожу с шипением. Запахло паленой плотью. И девушка истошно заорала.

— Ой. Можно подумать. Какие мы нежные, — Керика отняла клеймо от кожи.

Она пригляделась, оценивая работу.

На покрасневшей коже поблескивал серебряный символ, заключенный в круг.

Чародейка одернула подол робы. Встала. Заглянула в полные слез и злобы глаза. Девушка больше не кричала. Лишь тяжело дышала.

— Tumulus, — Керика Гарана отошла обратно к печи. — «Могила». Ты ведь ее узнала? Эта печать блокирует любую магию. Не позволяет войти в транс. Даже сны видеть не дает. Жестоко по отношению к человеку, который колдует с детства, полагаю.

Она водрузила уже ненужные щипцы с клеймом на край печи.

— Однако, я могу снять эту печать в течение первых трех часов, пока она не остыла на твоем теле, — чародейка изобразила подобие улыбки.

— Это могу сделать ТОЛЬКО я. В противном случае ты больше никогда не сможешь налагать чары. Скажи лишь, кто стоит за покушением и зачем понадобилась смерть Авериуса.

— Сдохни, — сквозь немые слезы процедила девушка.

Керика мученически вздохнула.

— Ну что ты будешь делать! Не клеится у нас разговор и все тут!

Чародейка побрела к другому шкафу, со стеклянными дверцами и уймой пузырьков.

Принялась что-то делать внутри. Зазвенела склянками.

— Я бы позвала Хелвита в иной ситуации. Он немногословен, в отличие от меня. Дает больше времени высказаться собеседнику, фигурально выражаясь. Но, боюсь, насилием со стороны мужчины тебя не удивить, — она захлопнула дверцы шкафа. — Да и старина Хелвит вряд ли бы зашел так же далеко, как твой хозяин. Сломал бы пару костей максимум. Или зуб вырвал по живому. Но потом бы долго извинялся. И лечил тебя, пока бы ты не разомлела в его руках. У всех свои методы, что поделать?

Керика тихо рассмеялась.

— Ах, семья-семья. Ты себе даже не представляешь, на что я могу пойти ради них всех, — в ее руке сверкнул большой стеклянный шприц с тонкой иглой.

Мастер над рунами медленно пошла к адептке.

— Боишься уколов? — чародейка неспешно протерла предплечье на правой руке девушки влажной белой тряпицей, от которой остро пахло спиртом.

— Сдохни, — повторила Алиссана. Но на этот раз менее уверенно.

Игла воткнулась в кожу.