Хранитель чаек

– Ларан! Прекратите немедленно!

– Он тебя оскорбил! Он оскорбил честь Южного щита, он…

– Никто никого не оскорблял, – выдохнула Ювина. – Всем всё показалось. Ничего не было. И ты, Вальди, если умный парень, должен это понять.

– Мы отбудем тотчас. Мы ни минуты…

– Нет.

– Что?!

– Нет, Вальди, – мягко, но решительно произнесла невеста герцога. – Ничего не произошло. А то что было, было обычной глупой шуткой.

– Он её поцеловал! – взревел брат.

Тут Джия услышала смех. Обернулась. Смеялся Ларан.

У него был мягкий, волнующий и какой-то опасный смех. Герцог подкинул саблю, поймал налету и вложил её в ножны.

– Какой же ты ещё ребёнок, Вальди, – вздохнул устало. – Твою руку, Ю?

Он наклонился, протягивая ладонь невесте.

– Я сердита на тебя, Ларан, – отозвалась Ювина, выходя на берег и отряхиваясь. – Я правда очень сержусь. И не готова сейчас с тобой разговаривать и тем более не приму твою руку.

– Но, Ювина, – растерянно пробормотал Рандвальд. – Ты же не хочешь сказать, что…

– Мы остаёмся в гостях у Морского щита, – бесстрастно ответила та.

– И я остаюсь его невестой, что, конечно, не помешает мне на него сердиться за безобразный поступок. Джия, могу ли я опереться на вас?

– Д-да.

Княжна растерялась. Она совершенно не понимала, что происходит в голове невесты герцога. Рандвальд растеряно и с какой-то действительно детской обидой посмотрел на сестру. Матросы помогли девушкам забраться на метровую высоту, затем туда же вскарабкались Ларан и Рандвальд.

Ювина подхватила Джию под руку и двинулась к белеющей на сером фоне неба башне.

Глава 8. Разговоры на ножах

Джия лежала и смотрела в потолок. Они вернулись с острова Круга уже почти ночью, и княжна, отказавшись от ужина, сразу удалилась к себе.

Ей всё не нравилось.

Как подробно и детально рассказывал герцог об устройстве подъёмной цепи. Про все эти плашкоуты – маленькие лодчонки, не позволяющие цепи утонуть в натянутом состоянии, про жвако-галсовую часть с лебёдкой, сматывающую на громадный барабан позолоченную цепь, каждое звено которой смыкалось посередине перегородкой.

Ларан сиял голубыми глазами и было видно, что он очень увлечён. Казалась, герцог даже не замечает строгое лицо Ювины. Впрочем, минут через пятнадцать рассказа, рассерженная невеста начала задавать вопросы и тоже загорелась. Всё это было Джие на руку. И всё это было до крайности подозрительно.