Зеркала. Темная сторона

Такое внимание со стороны обитателей Изнанки к вам, милое нездешнее дитя, меня пугает, а если меня что-то пугает...

Знаю. Нужно бежать в ужасе и прятаться под кровать.

Я криво усмехнулась, сжав губы.

— Я поняла. Если мне скажут «Беги!» — я побегу так быстро, как я могу.

— Своевольная и несдержанная, — протянул Парсиваль, лукаво улыбаясь Кондору. — Кажется, у тебя какие-то проблемы с дипломатией. Или леди хорошо маскируется. Или слишком напугана.

Кондор промолчал. Если слова отца его сейчас задели, он никак это не проявил, скорее, принял замечание как данность.

— Прочитай и подпиши.

Мне протянули ту самую папку, на которой лежало несколько листов бумаги — плотной, цвета топленого молока, не то что белая и тонкая офисная бумага моего мира с острыми краями, о которые я постоянно резала пальцы.

Еще когда мы сидели у Дара, и я заполняла все документы, которые давали мне имя и право на существование в этом мире, я обратила внимание на эти мелкие отличия. Очень приятные отличия.

Интересно, а как они делают перьевые ручки?

Моя подпись вышла немного корявой.

Рядом с четким острым росчерком лорда дель Эйве эти три закорючки, которые я изобрела в кабинете принца, смотрелись почти жалко. Более жалко, наверное, смотрелся бы только крест.

Я отдала договор Кондору и положила ладони на юбку, слегка сжав их коленями. Моя интуиция, к которой мне посоветовали прислушиваться, молчала.

— Поздравляю, леди Лидделл, — сказал Парсиваль, поднимаясь из-за стола. Я испуганно, как сонная птица, вскинула голову и поспешила тоже встать, чтобы пожать ему руку, закрепляя нашу сделку.

— Я жду вас сегодня. Обоих, — добавил он в сторону Кондора. — Расскажешь леди все, что требуется, пока вы будете гулять по городу. Очень надеюсь, что Галендор понравится вам. — Острый прямой взгляд снова был направлен на меня, и я чувствовала, что мои пальцы в тепле чужой ладони начинают мелко дрожать. — Это формальная фраза, конечно, но у города богатая история. Только не замерзните, милая.

К счастью, он не предпринял попытки поцеловать мою руку.

Иначе, боюсь, от моих щек загорелись бы гардины на высоких арочных окнах.

***

Пока мы шли по коридору, спускались по лестнице вниз, на самый нижний этаж, к еще одним дверям, не менее тяжелым, чем те, которые вели в галерею со статуями, я пыталась убедить себя в двух вещах.

Что я все сделала правильно, потому что достойной альтернативы у меня не было.

И что я — не комнатная собачка, которую ведут на прогулку.