Зеркала. Темная сторона

— Принесла с собой неприятности для всех, ломаю... все ломаю, — пришлось снова вздохнуть, чтобы не заплакать.

Кондор, кажется, хотел возразить, но не стал и позволил мне высказаться.

— Все должно было быть иначе, как ты говорил. Побегала бы по вашим балам и ушла. А теперь мне кажется, что ваш мир прорастает через меня.

Его ладонь легла на мой затылок и взъерошила волосы.

— Так и есть. Прорастает.

— И у меня такое чувство, словно я пришла в твой дом, съела твой ужин и согнала с любимого кресла твоего кота, — я вздохнула и позволила себе ткнуться лбом в Кондора.

До плеча не дотянулась.

— Будем считать, что я скриплю зубами, но чту законы гостеприимства, — фыркнул волшебник у меня над ухом. — Нам точно нужно серьезно поговорить, Мари, но сейчас такой возможности нет. — Он выпустил меня из объятий, ставших вдруг из неловких слишком уютными. — Вечером мы вернемся домой, и я отдам свое плечо, платок и жилет в твое полное распоряжение. А пока окажи мне одну услугу, ладно?

— М?

Я вскинула голову и, наконец, смогла посмотреть Кондору в лицо, не рискуя разреветься.

Показного спокойствия в его взгляде уже не было.

— Побудь сильной девочкой еще несколько часов. У тебя очень хорошо получается, — Кондор смотрел на меня с тревогой.

Я кивнула и выдохнула, чувствуя, как после вспышки эмоций стало немного легче.

— Вот и хорошо.

В наступившем молчании я слышала, как где-то завывает ветер.

— Мы остановились на том, что я получу и что буду должна, — напомнила я.

— А, да! — Кондор небрежно одернул воротник пальто.

— Ты получишь защиту — в первую очередь. Настолько сильную, что я даже не могу ее ни с чем сравнить. Вместе с ней — некоторые привилегии, правда, я не советовал бы злоупотреблять ими в твоем положении. Это не абсолютная неприкосновенность. — Он посмотрел на меня, склонив голову набок. — Скорее, знак, что любое посягательство на твою жизнь или свободу со стороны кого бы то ни было будет считаться посягательством на интересы моей семьи.

«Это, конечно, не означает, что я могу подставляться», — подумала я.

— А должна ты будешь, — Кондор подхватил меня под локоть и подтолкнул в сторону выхода с площади, — то, что можно определить как преданность и послушание. Это не рабство и не служба, это... хм... лояльность, наверное, так.

— Как-то вы... быстро взяли меня в оборот, — вырвалось у меня.

Я прикусила губу, боясь, что сейчас меня окатят презрением, но нет — маг только хмыкнул и кивнул.

— Мы не смогли придумать ничего надежнее и лучше.