Четвертый дракон Амели

– Рад видеть ваше высочество в добром здравии, – поприветствовал ее старый маг. – Когда ночью ко мне прискакал гонец с известием, что одной из невест стало плохо, я не на шутку испугался за вас и за Элинор.

Они не спеша брели по длинной аллее.

– Ваша светлость, вы должны объяснить мне, что происходит! Нам с девушками ничего не рассказывают. Баронесса сообщила только, что принцессе Лабраденской стало плохо, и она возвращается домой. Но я чувствую, что ей стало плохо не просто так! Это как-то связано с нашей прогулкой в саду.

Может быть, вы сочтете меня сумасшедшей, но я почти уверена, ее плохое самочувствие – не случайность.

– Дитя мое, – герцог де Тюренн остановился и пристально посмотрел на Амели, – вы должны пообещать мне, что наш разговор останется в тайне.

– Разумеется, – она ощутила неприятный холодок внутри себя.

– Понимаете, ваше высочество, вчерашнее происшествие слишком серьезно и может стать причиной международного скандала. Впрочем, вы всё поймете сами. Но сначала расскажите мне, что случилось в саду перед тем, как принцессе стало плохо.

Об этом Амели могла рассказать, не задумываясь – она уже столько раз излагала эту историю и Фернану, и придворным магам.

– Мы разговаривали с Констанс, сидя на скамейке. Она угостила меня яблоком. Я посчитала невежливым отказаться. Я откусила небольшой кусочек. Вкус мне показался странным, и сразу же закружилась голова. Но это продолжалось всего несколько секунд. А потом плохо стало уже Констанс. Она упала. Думаю, остальное вы уже знаете.

– И как вы сами объясняете это происшествие? – старик по-прежнему не сводил с нее взгляда.

Она поёжилась.

– Наверно, я не имею права так говорить, но всё-таки скажу – мне показалось, что принцесса хотела меня отравить.

Де Тюренн вздохнул:

– К сожалению, ваше высочество, вам не показалось. Принцесса Лабраденская, действительно, пыталась вам навредить.

– Вот как? – она поплотнее укуталась в плащ, но всё равно дрожала. – Но почему же плохо стало ей самой?

– Понимаете, дитя мое, когда я просил вас принять участие в отборе, я понимал, что это сопряжено с немалой опасностью.

Мог ли я отправить вас во дворец без всякой защиты? Хотя, признаться, я не думал, что опасность может исходить именно от ваших соперниц. Словом, я наложил на вас заклятие магического отката. Любой, кто осмелился бы воздействовать на вас с помощью магии, сам получил бы тот урон, который пытался нанести вам. Бедняжка Констанс этого не знала.

Ей стало еще холоднее.