Четвертый дракон Амели

– Но если всё обстоит именно так, то значит, баронесса за обедом сказала нам неправду? Зачем?

– Поймите, дитя мое, – покачал головой герцог, – мы не можем обвинить дочь короля соседнего государства в попытке убийства. Тем более, когда она находится в таком состоянии и не может нам возразить. Быть может, она не хотела причинить вам серьезный вред, а всего лишь пыталась вывести вас из игры.

– Где она сейчас? И что с ней?

Вместо ответа старик взял ее за руку и повел ко крыльцу дворца. Они миновали несколько коридоров и подошли к апартаментам принцессы Лабраденской.

Они прошли в спальню – Констанс лежала на кровати – вытянутая в струнку, бледная, будто застывшая.

– Она умерла? – испугалась Амели.

Ненависти к сопернице уже не было.

– Нет, – успокоил ее герцог. – Она спит. Но это – мертвый сон. Она может пробыть в нём и несколько дней, и много лет. Мы уже сообщили обо всём ее отцу. Ее увезут в Лабрадению.

Амели стало жутко.

– Но разве никто из магов не может вывести ее из этого состояния?

– К сожалению, нет. Она сама вложила в яблоко заклятие сна. Она понимала, что это сильное заклинание. Никто не знает, как его снять.

Амели почему-то вспомнилась сказка Шарля Перро.

– А в нашем мире в одной чудесной книжке принцессу от такого же сна спас принц – своим поцелуем.

Она не стала уточнять, что это книжка – для самых маленьких читателей. Но и без этого старый маг не воспринял ее слова всерьез. Он просто покачал головой:

– Дитя мое, если бы все проблемы решались так просто…

Они вышли в коридор, и герцог еще раз напомнил ей, что то, что она видела сейчас, должно остаться тайной.

– Конечно, мы расскажем обо всём его величеству королю Лабрадении – иначе он может обвинить нас, что мы в Анагории не обеспечили безопасность принцессы. Думаю, ему нелегко будет принять правду. Констанс – его единственная дочь. Не понимаю, как она могла решиться на такое. Я знаю ее уже пять лет – она казалась мне милой и доброй девушкой.

Старик был расстроен и обеспокоен, и Амели не решилась взвалить на его плечи еще и информацию о Вероник. Герцог должен был задержаться здесь, во дворце, до конца отбора, и она решила поговорить с ним чуть позже.

А вот от Фернана ничего скрывать не стала.

– Наверно, это то, что у нас называется летаргическим сном, – предположил он.

– Нет, это что-то другое. Понимаешь – она будто в лёд закована.

– Да уж, – мрачно усмехнулся он, – приятного мало.