Русалочка с Черешневой улицы

Даша снова пожала плечом, для разнообразия одним. И правда, жаль бедную.

— Что есть, то есть. Бернадетт, я хочу проследить за Тео. Составите компанию?

Бернадетт, наверное, и не подозревала что ее еще есть куда удивлять.

— Самой боязно немного... По замку, — Даша покосилась в ночь за аркой окна и поежилась. — У него ведь богатая история?.. А без Тео мне... скучно. Да и хочу знать, какие у него дела с вашим отцом. Он молчит, партизан... В общем, предлагаю вам приключение.

Это вино, наверное. Может, на Бернадетт тоже подействовало именно оно, потому что она согласилась.

Или пулеметная болтовня филолога.

* * *

Вообще-то, когда вы идете по галереям, наполовину открытых всем ветрам, где-то там, судя по словам Бернадетт и Гугл картам, склоны Сьерра-Невада, вон — отливают даже в слабом звездном свете снежными верхушками, а в сводах — паутины бязей, то как-то... не по себе.

Словно сам влипаешь в какую-то паутину.

Еще и по правую сторону легко постукивает шпильками сеньора в блестящем изумрудном платьем, что влюблена в того, кто назвался твоим мужем, а вообще-то тебе и не нужен, и имеет все мотивы от тебя избавиться.

.. И рассказывает, что прием проходил в Золотой комнате, именно из-за того потолкового мудехара она так называется, и вообще это все — дворец Комарес, некогда официальная резиденция эмиров.

— А отец там, в башне Комарес, — ткнула Бернадетт в наконец какое-то пятно света — оранжевое окошко.

А впереди — открытое пространство, и... вода.

— Миртовый дворик, — объявила Бернадетт и потянула вдоль чего-то вроде акведука.

— Не упади. Здесь узкая дорога.

В самом деле. А она еще поможет, да? Упасть.

— Говорят, точно в башне Комарес Боабдиль решил отдать Гранаду христиан. А еще, кажется, там же Изабелла и Филипп принимали Колумба, — сказала сеньора. — Очень важное место. Отец там делал лаборатория. Осторожно, Дария.

И невозмутимо пошла вперед. Даша держалась на безопасном расстоянии и ловила уханье сердца в ушах. Но фонтаны шумели, а Бернадетт уже нырнула в темноту входа в башню.

Да, еще пришлось поплутать, прежде чем девушки услышали голоса. Они даже дверь не открывали, и в гулкий коридор просачивалась дорожка теплого света.

Говорили по-испански. Бернадетт сосредоточенно нахмурила брови, вслушиваясь.

— Переведешь? — тихим шепотом попросила Даша.

Бернадетт пожала плечами неопределенно. И вдруг прикрыла рот ладошкой, словно услышала нечто невероятное.

* * *

Часть 2. Глава 12.