Русалочка с Черешневой улицы

Но хочу... с Дереком.

Профессор кивнул и предложил, поманив в тот светлый кабинет:

— Давайте выпьем вина и поговорим. Хотите Темпранильо? Из Риохи.

В кабинете были навалены свитки и книги, старый деревянный стол, грубо сколоченный, а там — перья и тут же карандаши, ручки, новый айпад с эппловским карандашом. Свечи и фонари, разноцветные, в стеклянном бисере. Зеркала и карты. Словно это арабская сказка со зловещей пещерой ученого джинна.

Даша несмело присела на край деревянного кресла с восточными подушками и приняла бокал.

— Я тут временно, договорился с королем на два дня... — пояснил профессор. — Исследовать надписи.

— Это зал, где был Колумб?

— Так сказала леенда, — исковеркал слово на испанский манер профессор, налил вина и себе и уселся на стул у стола. — Вы смелая девушка. Из Вечности попасть в Заречье можно, а обратно — почти нет.

— А... как же Эрик?..

— Я сказал «почти». Королева Терезия заключила союз с Терра Сайнс. Они могут. Это сложно и это риск. Пойти туда сам, если никто не протягивает руку — никто еще не делал, Дария.

Поэтому мы меряем пространство в каждой точке, где лучше. Только тогда, давно, в начале. Вы знаете начало?

— Нет, — почти прошептала Даша.

Это все сумасшествие, ради которого она поставила реальность на кон... Наконец кто-то хочет ей рассказать. А профессор Гарсия кто-то там Пабло и далее, кажется, горел желанием это сделать.

— Ульрих приехал в Гранаду учиться гитара. Как Дерек. И встретил Терезия. Влюбился. Терезия и ее друзья хотели новый другой мир. Они читали это, — профессор тыкнул в стену, где непостижимым образом в узорах прятались арабские буквы, — и нашли решение.

Насриды были очень умные, Дария. В пространстве времени есть дыры. И можно от времени сбежать. Ульрих пошел с ними. Им удача найти дыру. Из Вечности их легко видно, они в реке. А мы не видим, мы должны пробовать, мерять. Потому это сложно. Но я знаю, что все получится. Они сделали и мы можем. Это дело моей жизни! — Гарсия снова весело и довольно хлопнул в ладоши. — Но...

— Что — но?.

. — насторожилась Даша, собирая мозги в кучу из желе, в которое они упрямо превращались снова и снова.

— Вечность может меня наказать. Они забрали принца Эрика, а Дерека не хотели. Или забыли. А я ему помогаю.

Даша вздохнула. Наконец кто-то, кроме Дерека, называет это имя.

— Вы... принца тоже знаете?

— Как не знать солнечного мальчика! — засмеялся профессор, а Дашу кольнуло в сердце — это его прозвище, его фамилию, которая казалась несуществующей — «Солнцев».