Недостойная невеста

В домах напротив, лепившихся вплотную друг к другу сплошным монолитом, уже открыли ставни. В первом этаже можно было различить несколько лавчонок.

Луиза распахнула окно, подалась вперед, жадно вдыхая городской воздух и впуская уличный шум. На мгновение даже хотелось заткнуть уши, настолько этот огромный гомонящий город разнился с дремотной тишью Рошара. Странно… Как же странно! Но вчерашнего напряжения уже не было, да и все неприятности казались теперь преувеличенными. И на миг вдруг стало стыдно. От нечаянной мысли, что Луиза могла оказаться несправедливой к ее светлости.

Вдруг, впрямь вышло недоразумение? Но здравый смысл, все же, говорил об обратном: несмотря на горячее желание, оправдать мадам было слишком сложно. Луиза видела явную ложь. Но почему ее светлость лгала герцогу де Виллару? Отчаянно хотелось, чтобы он не имел к этой истории с футляром никакого отношения. Чтобы не запятнал себя грязной игрой. Остался благородным спасителем. Спасшим дважды…

При воспоминании о его руках, которые подхватили Луизу, словно пушинку, зажгло щеки.

И ужасно хотелось верить, что он отнес ее в дом сам, а не поручил лакеям. Как благородный рыцарь, спасающий свою даму сердца… Как же хотелось, чтобы Виллар оказался частым гостем в этом доме, чтобы иметь возможность видеть его, хотя бы недолго. Может даже говорить. Вчера в беседе с мадам он назвал Луизу прелестным созданием. Явно не из желания польстить. Значило ли это, что этот блестящий кавалер впрямь находил ее красивой? Это было бы слишком хорошо… Слишком! Но так желанно…

Луиза будто очнулась.

Охнула и отпрянула от окна, заметив, что один из прохожих в бурой выгоревшей шляпе с замызганным пером и сером плаще пристально смотрит на нее. Тот тотчас опустил голову и смешался с толпой. Луиза поспешно прикрыла окно, ругая себя за беспечность. Это было попросту неприлично — показаться на людях неодетой. Это дома она могла сидеть на окне в одной сорочке. А здесь… Пресвятая Дева! А если это не понравится мадам?

Луиза кинулась к сундуку, достать платье.

Вчерашнее зеленое она теперь не выносила — мадам назвала его кошмарным. Она открыла крышку, но, тут же, замерла, чувствуя, как по спине пробежался холодок — вчера вечером все лежало не так. Перед тем, как лечь спать, Луиза привела содержимое сундука в порядок, чтобы ее, не дай бог, не сочли неряхой. Теперь же все было набросано наспех.

Во рту разом пересохло. Она просунула руку в самый угол, куда положила жемчуг и оставшиеся деньги. К счастью, тут же нащупала кошелек.