Дитя трёх стихий. Замуж за чудовище.

Они одобрят всё, что решит король.

– Жаль его величество сейчас тебя не слышит, – в голосе Миры я уловила несвойственный ей сарказм, и тут же раздалось возмущённое: – Да отойди ты от меня. Тоже мне жених выискался. Хоть одна горничная во дворце есть, не удостоившаяся твоего внимания?

– А так ты ревнуешь крошка.

Скайрус! Ханг его побери. Тут уж я не выдержала и бросилась на помощь сестре. Мира и Скай стояли в глубокой нише. Я бы никогда не увидела их, если бы не голоса. И этот негодяй держал её за руки.

– Пусти её, мерзавец, – рявкнула я.

Скайрус вздрогнул и убрал руки, но не отошёл, продолжая перегораживать Мире выход.

– Ты что, плохо слышишь? – зашипела я.

– Простите, ваши высочества, погорячился, – неожиданно спокойным голосом сказал он. Никакой виноватости в его лице не появилось, но он сделал шаг в сторону.

– Мира, я прошу прощения, но мне нужно кое-что рассказать тебе об этом пророчестве.

– Говори.

– Наедине. Я обещаю, что буду предельно сдержан, и не позволю себе неуважительного поведения, – последние слова он произнёс, переведя взгляд на меня.

А я естественно повернулась к Мире.

– Хорошо, – решила сестра. – Лисса, ты иди, я хочу послушать, что он скажет. Алекса уже внизу.

– Ну ладно, – я пристально посмотрела в глаза Скайрусу.

Больше ничего добавлять не пришлось. Он кивнул.

– Я жду тебя внизу, Мира, но, если тебя долго не будет…

– Всего несколько минут, это действительно важные новости. Я не задержу вашу сестру.

Я бы ни за что не поверила Скайрусу, он всегда казался мне скользким типом.

Но Мира кивком подтвердила, что в моём присутствии необходимости нет, и я пошла вниз по лестнице, сначала медленно, но уже на втором пролёте разогналась. Сейчас как никогда хотелось сбросить напряжение и злость. Алекса умница, что заставила нас выйти на тренировку. Главное, чтобы из-за последних событий мы в раздражении не перестарались. Последний пролёт я летела вниз уже через несколько ступеней. На лестнице царил полумрак, но мы столько лет носились по ней вверх и вниз, что споткнуться я бы не смогла даже в полной темноте.

Главное притормозить в самом низу. Дверь на двор тяжелая, с налёта не открыть.

Но неожиданно, когда мне оставалось всего несколько ступеней до нижней площадки, дубовая дверь распахнулась с такой скоростью и лёгкостью, словно была сделана из бумаги. Яркий свет ослепил меня и я, так и не успев замедлиться, влетела в нечто огромное, появившееся на пороге. Столкновение вышибло из моих лёгких весь воздух.