Ежка на грани

Да что ж она творит-то! Еще одного, непонятно кого, со своим доверием к родителям отправила! Что она знает, про Фрола этого! И кто еще ведает, кто из них правду говорит, он или Марья!

Теперь двое к ее родителям от ее имени придут, да с разными песнями. А впрочем…

Ладно. По крайней мере, знать будут князь с княгинею, что дочь их жива. Да и два разных лучше, чем один. Из двух возможно врущих источников кой-какую правду все ж таки можно извлечь. Они ж ее знают, правду-то. К тому ж и в Марьино, и в Фролово послание Ежка тайное слово вставила, никому, кроме Василисы, не заметное.

Хоть и со всем доверием, а пусть не очень-то доверяют.

Только б Василису позвали, без нее не поймут. Ну, на то Ежка повлиять уж не может.

А стало быть – надо думать, на что может повлиять. Подобраться к Змею ей теперь не трудно. Вот только как его известь?

Ежка встала, подошла к зеркалу. Волосы причесала да уложила. Лицо водою душистой омыла. Щеки бледные пощипала. Губы маслом розовым натерла. Платье расправила.

Что ж. Между жертвой и женой она выбирает – женой.

Жене больше воли и больше возможности близко приблизиться. Так близко, что все поймешь, даже слабость Змееву. И звать ее будут отныне не Ежка. Есения. Ясная. Чтоб не колоть всех по мелкому, а мысли и глаза чтобы ясные были. Чтоб видели все, каждую возможность, каждый шаг, что к цели ее приблизит.

Есения приподняла тяжелое кожаное платье свадебное, что так на нее и не надели. Видела она Змеевых жен. Ничего совсем уж ужасного с нею не случится. А что случится…

Вот мы и посмотрим, что случится, да как это правильно повернуть.

Красивое платье. Примерила. Ох, и хороша же она. Каменья драгоценные огнем горят, да огненных волос ее и глаз не затмевают. Теперь исчезающую полуулыбку добавить, как тетушки Василису учили, когда за Светозара ее думали сватать, а Ежка подсматривала… И взгляд… И разворот плеч…

Вот так, Змей. Твоя жертва готова. Она жаждет сделать жертвой тебя.

И при мыслях этих о встрече со Змеем Есения развеселилась и протанцевала по комнате несколько па новомодного танца.

Потом развеселилась еще больше, тяжелое платье сняла и попрыгала, покружилась, уже по-дикому, по-ежкиному. Выглянула через щелочку из шатра. На дворе смеркалось. Лагерь жил своей жизнью. Так. И что же Есении делать дальше?

Третий поцелуй

Целый день Ежка без помех рылась во Фроловых пузырьках и склянках. Кое-что разобрать все же удалось, и она отложила в сторонку то, что может пригодиться.

К вечеру она была готова.