Ежка на грани

Испуганная неожиданной мыслью, Ежка бросилась в замок проверять вазу с кучей золы. Но нет, зола, слава богам, была на месте и все еще была золой.

Только сейчас, когда она смотрела на эту кучу золы, она, наконец, по-настоящему осознала, что ужас, нависший над ее княжеством, да над всей Русью, исчез! Они оплачут своих близких, она оплачет свою любовь... но сейчас...

Свобода!

Сейчас они отпразднуют свободу! И будут просто жить, и растить хлеб, и влюбляться, и петь песни, и рожать детей... Может быть, уже не она, но те, кого она любит.

И Ежка поймала себя на том, как хотела бы свистнуть сейчас Чудище-Змея, и взмыть на нем в облака, и выкинуть там какой-нибудь фортель, и нырнуть с высоты в волны океана, и закружиться в пене волн, и вынырнуть, взлететь снова в небо, поднимая за собой фонтаны брызг и рождая радуги.

Эх, не видать ей больше Чудища Змея. И все же, она была рада, что он жив. Вчера, когда он лежал, остывая, у подножия полуразрушенного замка, а Ежка плакала у него на шее, она так хотела дать Чудищу-змею хоть немного огня.

Пусть ее любовь умерла, но она не хотела, чтобы умирал кто-то еще. Не Чудище-змей, что так весело плескался в море и уносил ее в выси и дали. Похоже, вчера она разделила все-таки на двоих ту искорку огня, что в еще теплился в ней. Живи, Чудище, живи! Там, где живут такие, как ты...

За этими мыслями ее и застал Никита, спустившийся откуда-то сверху.

Они бросились друг к другу. Никита остановился было на полпути — все же, княжеская дочь — да и не остановился. Они это сделали! Они уничтожили Змея, горе своей земли! И они закружились в объятиях.

— Мы сделали это, сделали! — Ежка смеялась и плакала одновременно.

Никита же смотрел на нее так... Да, Ежка теперь знала, что значат такие взгляды. В Никитином было то самое — и больше, много больше, не только огонь. Вот только ответить ничем, кроме обнимашек, она не могла.

Надо скорее сообщить Василисе, пусть расскажет отцу и матери, всем!

Воды осталось совсем мало, но для такого дела! Ежка капнула капельку, подумала о Василисе.

И увидела нечто странное. Василиса накладывала повязку на руку раненного бойца. Подбежала девушка, и Василиса передала раненого ей, сама же побежала наверх, на стену. Пока она бежала, Ежка с Никитой видели, что творится вокруг — и не могли поверить.