Искра и Тьма

Выступила кровь.

– Вы умрете! – прорычал он и оглушительно захохотал.

Тумур вынул меч.

– Уйди с дороги, пес! – потребовал он.

На шум вышел Шайтан. Кожаная кыспаiii, накинутая на мускулистое тело, лопалась в плечах. Шея толще головы. На щеках – глубокие зарубцевавшиеся полосы, будто шрамы от когтей. На поясе висел меч поистине устрашающих размеров.

Шайтан положил руку на плечо Одноглазого.

– Уйди, – пробасил он.

От толчка Одноглазый чуть не упал, но удержался на ногах и отошел. Шайтан снял меч, воткнул его перед собой в землю и сложил ладони на навершии.

Окинул всех долгим, изучающим взглядом.

Потянулись томительные минуты. Урдус часто заморгал, толстые губы задрожали. Унэг даже позавидовал ему. Сам он ничего, кроме раздражения, не почувствовал.

Наконец Шайтан спокойно вынул меч, сошел с дороги и указал оружием вперед:

– Прошу вас, – сказал он. – Не держите зла на Хаваша, он безумен.

Двор Тумура был обнесен посеревшими от времени прутьями, на которых висели овчинные тулупы, седла, кувшины.

В углу двора стояла повозка без верха. На одной из дуг висела связка сушеных рыб. Два пса, бегая вдоль загородки, сердито тявкали, прячась под телегой.

Старейшины собрались в беседке. Выпили кумыс, пожелали здоровья друг другу. Начали разговор. Урдус рассказал о происшествии с Шайтаном. Едва он договорил, старейшины разразились бранью.

– Мерген обнаглел до того, что в открытую угрожает нам расправой! – возмущался Ягай, маленький старичок с крысиным лицом.

– Вот увидите, он убьет нас всех, – говорил Миху со свойственной ему прямолинейностью.

– И попляшет на наших костях.

– Что будет с адрагами? – задумчиво вопрошал дряхлый трясущийся Хардар, поддерживаемый правнуком, вытиравшим платком его слюнявый рот. – Ведь Мерген угробит наш народ. Понастроит дворцов, и мы превратимся в изнеженных недоумков, подобно деханам.

– И тогда дженчи легко нас покорят, перебьют или превратят в рабов, – улыбаясь во весь рот, как будто это была веселая мысль, подытожил потный толстяк Очирбат.

Между тем Урдус продолжал:

– Что же делали у Талгата воины Мергена? И я думаю, что знаю ответ!

– И что они там делали? – не поднимая глаз и отрешенно постукивая клюкой по земле, спросил седовласый благообразный Манас.

– Мерген мой старый враг, думаю, вы все об этом знаете. А старый враг – это все равно что жена: во-первых, ты знаешь его как свои пять пальцев, во-вторых, он постоянно досаждает тебе и всячески портит твою жизнь.