Искупление для бастарда

Ночное небо сияло тысячами звезд, но Эрмина мало волновала красота пейзажа, да и дорогая обстановка комнаты: он привык к ней, он вырос в этой роскоши, когда каждый дюйм обит бархатом, шелком и украшен золотом с драгоценными камнями. Когда каждый день тебе на блюде подносят различные деликатесы, а целый штат слуг готов исполнить любое твое желание. Ему бы никогда в голову не пришло, что наступит момент, когда он будет молить Свет, чтобы его оставили в покое. К счастью, из-за приближающейся свадьбы Кэтрин, мама обращала на него меньше внимания, а вот слуги начали его раздражать.

Раньше он любил, когда они ползали перед ним на коленях, пытались угодить, когда горничные строили глазки и соблазнительно улыбались, но сейчас один цвет их серых передников мог вызвать в нем приступ негодования, порожденный страхом. Он боялся повстречать

ее

: что если она выдаст его? У Мелика был на это один ответ, который заставил Эрмина застыть в ужасе.

— Нет девки — нет проблем.

— Но...

я не могу... не могу убить... убить... человека!

— Служанка — не человек, она твоя рабыня. — Мелик закинул ему руку на шею и доверительно зашептал: — Она должна быть благодарна, что ты уделил ей внимание, но эти дуры иногда ведут себя неразумно. Поэтому запомни, что я тебе скажу: девка не должна жить. Иначе не жить уже тебе.

Эти слова вертелись у негов голове с того самого дня.

Ему не жить.

Что он наделал?! Каждый день, каждый час, каждую минуту он ждал, что сейчас зайдет отец, или мать, или Кэтрин, и обвинит его.

Из-за постоянного волнения он стал более раздражительным, стал срываться на слуг, крушить мебель, чаще пить. Ему повезло, что сейчас все были заняты свадьбой его сестренки Кэти, иначе мама давным-давно обратила бы на него свое внимание, а потом и осуждение, и нотации.

Внезапно дверь его спальни без стука распахнулась, и на пороге возник отец. Эрмин едва заметно вздрогнул: слишком яркой была реальность, так совпадающая с теми мыслями, теми страхами, что сейчас терзали его.

— Отец... — Он попробовал встать, но едва не упал.

Отец бросил на него недовольный взгляд. Эрмину казалось, что свадьба Кэтрин должна была умаслить его, ведь он так ее ждал, так желал устроить судьбу дочери с максимальной выгодой, но, похоже, отец никогда не будет доволен. А уж собственным сыном — тем более.

— Эрмин, мне необходимо с тобой серьезно поговорить.