Берег птицелова

Куда уж простой дриаде, дрожащей от весенней лихорадки, как лист на ветру.

Ночь была теплая, розовая. В сторожке было светло. Чогер не запирал двери, надеялся.

Она вошла под утро, сняла платье и легла рядом, прижалась к нему всем своим новым, изнемогающем от желания, телом. Обожгла его сразу, чтоб уже не тянуть с решением. Ее встретили жадные теплые руки, обняли и прижали.

Он все умел. И не умел ничего. А Ливана умела забывать свое прошлое. Она не помнила ни одного другого мужчины в своей жизни.

Они прожили в этом циклическом времени двадцать лет. Прожили счастливо. Каждую весну Ливана молодела и у Чогера была восемнадцатилетняя жена, зато за полгода она старилась лет на тридцать. Зиму спала и все по новой. На одну неделю лета они встречались в одинаковом возрасте, каждый год эта неделя двигалась все ближе к осени. Чогер старел медленно, но необратимо. Любовь их повзрослела, стала сильнее и глубже, страсть не затухала. Ливана знала много секретов, берегла свое счастье, как могла.

Одно только Ливана не в силах была изменить даже ради Чогера. Она всегда ночевала у своего родового дерева, в своем доме. Одна. Место ее силы поддерживало в ней жизнь, помогало стареть не так быстро. Этот интимный момент она утаила от любовника. Впрочем, со временем, оборотень и сам обо всем догадался.

Ливана рассказала Польге не все, а только то, что можно было знать маленькой девочке. Главные воспоминания она оставила при себе. Но ей было удивительно приятно вернуться в то время.

Она надеялась, что, узнав о Чогере немного больше, Польге легче будет ему открыться.

Мудрая дриада не ошиблась. После разговора с Ливаной девочка стала гораздо свободнее чувствовать себя в новом доме. Поняла, как на удивление много общего у неё с этим добрым бородатым здоровяком.

Глава 24 Маяк

Польга закрыла книгу, а Чогер продолжал сидеть, молча облокотившись на стол и потирая ладонью бороду.

— Зря я выбрала эту сказку. Там есть другие, повеселее. Хочешь прочитаю?

— Сказка хорошая, — Чогер подпер рукой подбородок. — И книга ценная. Я вот о чем думаю. Немногие в наши дни умеют читать на светише. У нас тут, в Южном королевстве, такие книги давно запрещены. Но! — он поднял палец к потолку избы.