Амулет мертвеца (рабочее)

И Данил был уверен, ну почти уверен, Майя так поступила нарочно.

- И куда ее девать?

Они шли по почти пустынной набережной мимо похожих на полусвернутые яхтенные паруса белых светильников, еще не горящих. Над морем кровенела багряная полоса, ветер нес тоскливые стенающие крики чаек и запах соли, кажется, еще и тухлятины, вот что Данила не радовало, так это сверхобоняние, отнюдь.

Он нес выигранную бутылку шампанского. За горлышко, как палицу. Брют. Они с Дашей его не любили, сладкоежки.

- Можешь выбросить в пропасть, - предложила покойница. - Или в морскую пучину. Или просто оставь тут у скамейки, желающие потушить трубы найдут утром.

- Вроде того… - он осекся.

- Относись к этому проще. Кстати, не я его убила и гмм… погрызла. Фу, такого вонючего.

- Некрещеные младенцы вкуснее?

- Еще визга младенцев мне не хватало.

Как ни странно, он поверил, очень уж натурально ее передернуло. Не забывай, она великая актриса, жить среди людей и не спалиться сотню-то лет.

- Много вас тут? Умертвий?

- От умертвия слышу, милый. Не очень. Прости, пока я не буду раскрывать наши тайны. Ты еще мал.

- И глуп?

- Нет. Был бы глуп, я бы первая сказала – уберите его, испортит всю малину.

- Не боитесь солнца. И людей.

- И химеры совести. У меня ее нет, и давно. Но кое-какие принципы остались, веришь. В общем, посуди сам. Почти идеальное место для нас всех. И тебя, малыш. В сезон – толпы туристов, где никто никого не знает.

В этом году уже тринадцать человек, семья, трое, в первый же день по приезде улетела с машиной в ущелье. А мы виновны только трижды. Не младенцы, не юные девицы. Нашу добычу ты видел. Они все равно загнутся через год-два. Намного мучительнее, в своих моче и дерьме в подвале или на каталке скорой.

- Серые санитары леса?

- Хочешь так думать, думай.

- Ладно. Не маньяки. Упыри. Легче? И я тоже, конечно.

- Пусть упыри. Мы хотя бы войн по идиотским поводам не начинаем.

Она остановилась, мимо прошла симпатичная молодая парочка, с черно-белой французской бульдожкой на поводке. Данил приготовился к испуганному лаю-визгу. Ни черта. Собачка подсеменила к модельным босоножкам красавицы и села, преданно глядя ей в глаза.