Амулет мертвеца (рабочее)

Полутемное просторное помещение, тонконогие круглые черные столики и мягкие стулья пунцового бархата, в середине выступает подиум с блестящим шестом, ведущий за кулисы с одной стороны. Понятненько. Точно, гнездо. Заманили, демоны. Ну и буду разлагаться.

В зале сидели несколько тихих, прилично одетых компаний, в основном женских, возраста скорее бальзаковского. Пили легкий алкоголь, коктейли и мартини.

Данил сел подальше от сцены, утонул задом в сиденье, откинулся и сделал скучающее лицо.

Гибкий как хлыст черно-белый официант в мерцающей жилетке, с прилизанной прической, принес красно-зеленый слоеный коктейль с вишенкой в конусном бокале, вкрадчиво прошелестел «За счет заведения, еще пять минут и начинаем».

Коктейль, немного ментоловый, кисло-сладкий, Данилу понравился. Легкий ветер кондиционеров обдувал лоб, приятно, чуть щекотно. Пока все пристойно. Годный притон.

Тусклые огни по стенам погасли и наступила тьма.

Из нее родилась слабая струйка звука, флейта жаловалась, всхлипывала, звала.

Потом вступили барабаны, рокотом отдаленного грома за горами.

Ударил чистый алый луч, заметался, размножился, вспыхнули другие огни – золотые, охряные, оранжевые. «Праздник солнца!» - возгласил загробный голос. «Трепещите, люди, к вам с небес спускается Кукулькан, огненный пернатый змей! Владыка земли и вод, отец плодородия, муж сотни тысяч жен! Глядите и радуйтесь, люди!»

Мелодия ускорилась и одичала. На подиум одним прыжком явился… бог? Завешенный амулетами, завернутый в золотую ткань, с раскидистой золотой короной-тиарой на голове.

В короне трепетали три черно-белых пера. Лицо скрывала золоченая маска в ацтекском стиле, с загнутым носом-клювом и жестокой ухмылкой широкого провала рта.

Он начал танцевать, гибко двигаясь, почти не касаясь подиума босыми ступнями – на щиколотках позванивали золотые бубенчики. Ничего подобного Данил не ожидал. Кукулькан взмахом смуглой голой руки освободился от золотого плаща, теперь он в коротких золотых штанах с кроваво-алой бахромой. Сложение безукоризненное, не бодибилдера-качка, но гимнаста-легкоатлета.

От него прямо исходила витальность, как там, пассионарий, вспомнил Данил и стало смешно – пассионарный стриптизер. Ну а что.

Двигаясь легко и хищно, огненный бог обходил ближайшие к сцене столики, извивался перед дамами, сидящими там, те закатывали глаза и нервно смеялись. Их явно прихватило всерьез.

Бог сбрасывал амулет за амулетом… вот скинул штаны, оставшись в узких золотых плавках и маске.