Амулет мертвеца (рабочее)

Удачно для него, военные – без брони и артиллерии, грузовик солдат, да додж с пулеметом и сержантом,закатились за пивом в лавчонку ближайшего городка. Куда он денется? Спасать его никто не рванет, да и сам Гонзало – пожилой шпак в очках и с одышкой.

В сущности, он ничего кошмарного при теперь уже прежнем режиме не творил, патриотов не пытал, канцелярская крыса, и украсть при убогом финансировании образования мог сущие слезы. Но приказ есть приказ, взять, доставить, судить ускоренным военным судом ишлепнуть.

Мерседес Анхелика Аугуста… - синьорита Гонсало терпеть не могла своего полного имени, и все называли ее Мерси, на американский манер. Хоть внешне единственная дочь министра пошла в покойницу-мать, чернокудрой, классической испанской красотой, материнской кротостью характера тут и не пахло. Отплясывать до утра, чокаться бокалами с такими же эмансипированными подругами в сомнительных тратториях, носиться в маленьком открытом «Порше». Мантилье и юбкам в пол Мерси предпочитала джинсы.

Вдобавок остригла косу, оставив украшение девичества, волосы едва ниже лопаток. Воистину, ее ждала бездна морального падения, если верить теткам и бабушке.

О перевороте она узнала по радио, выбравшись из ванны. Постояла несколько секунд в ступоре, запахнула халат и бросилась к телефону. Звонить не в службу охраны или местным гвардейцам, Мерси была вовсе не глупа. Она набрала номер единственного человека, которому доверяла. Пабло, личный пилот отца.

Тот, кто под угрозой мгновенного увольнения учил ее управлять маленьким трещащим «Пайпер Каб», похожим на зеленого кузнечика. Тот, кто отвез ее «желтого щенка», «Порше-356» в ремонтную мастерскую, сохранив полную тайну от отца после неудачного торможения в козу.

Тот, кто не просил взамен ничего кроме «грасиас, Паблито!»

Кому она, чертова эступидо, так и не сказала, насколько он ей нужен.

- Самолет заправлен, эсплендидо, но я на другом конце города, до вас…

- Ты едешь прямо на аэродром.

Никаких до нас. Разводишь пары и ждешь меня с отцом. Если не дождешься через пару часов, или прикатят солдаты, улетай.

- Не пори горячку. Никуда я без тебя не улечу, чертовка.

- Паблито, малыш, не дури! Они перекроют полосу и тебя пристрелят как колибри, – она прищелкнула языком, детская привычка.

- Успейте приехать, только и всего. Заметано?

- Заметано! Целую! - и бросила трубку, ощутив, как внезапно краснеет.