Сердце степи. Полёт над степью

- Я вижу, - сказала она наконец. - Я вижу то, что видела ты, досточтимая. Она прекрасна.

- Возвращаемся, - сказала Гатэ конюху. - Поворачивай плавно. Ветер прохладный сегодня, да? - она повернулась к Камайе. - Сын зашёл ко мне с утра. Он берёг левую руку, и от него пахло кровью. Ты ранила его в сердце?

Камайя закрыла глаза и стиснула зубы. Кровь пульсировала в висках.

- Я просила его уйти, но он не уходил.

- Если много раз просить, он действительно уйдёт, Камайя. Ты хочешь, чтобы он молча ушёл, или чтобы он сказал и остался?

- Я достаточно слышала его слов.

- Камайя мрачно усмехнулась. - Не беспокойся, досточтимая, на людях мы ведём себя тихо, а мои слуги мне верны. Почему ты выехала сегодня? - отчаянно попыталась она сменить тему. - Ты так редко выходишь, Улхасум.

- Сгущается чернота… Мой мир скоро погаснет. - Гатэ печально опустила голову. - Всё темнее и темнее. Решила напоследок увидеть то, что мне дорого… Пусть и чужими глазами.

- Может быть, пригласишь Аулун?

- Да. Да. Однажды она прояснила тьму… Думаю, сможет прояснить и эту.

Запахи жареной баранины плыли в сухом воздухе, две золотые хэги бежали у ног старенькой лошадки Гатэ, и конюх медленно вёл её по стойбищу, мимо шатров, пахнущих кислым молоком и неистребимым бараньим духом. Камайя накинула капюшон и поправила свою красивую войлочную шапочку, закрывающую уши. Она не будет ждать весны. Она уйдёт отсюда, как только закончатся зимние праздничные дни.

- Досточтимая, когда последний день праздника? - спросила она, глядя, как девушка рисует на снегу обережные знаки, насыпая на белизну золу из очага.

- Торопишься? Ещё четыре дня. Эным соберутся и скажут точнее.

- Странно, что праздник не связан с полнолунием.

- Он связан с полнолунием. Каждый год Габо вырастает до полного размера, как открытый полностью обод шатра, но это не время для праздника. Когда обод приоткрыт, Выы выносит духоту и старое, меняя на свежее и новое. Праздники нужно завершать до полнолуния, пока звезда Мыр всё ещё видна над горизонтом, и посвящать оставшееся время проветриванию души от всего, что накопилось за год.

А потом дарить друг другу тепло, чтобы заполнить им чистый, выстуженный шатёр, свободный от прошлого. Полнолуние не празднуют… Это время, когда душа должна очищаться.

- Меня измучил запах баранины в шатрах, - призналась Камайя. - К концу пути я уже пропиталась им вся. Это нельзя было выветрить.

- Хасэ разделывают овец в шатрах и хранят там мясо. - Улхасум весело пожала плечами.