Диадема Справедливости

− Какие дикие сны снятся в Стране Вечного Лета! – пробормотал он, − Вроде на секунду закрыл глаза, а такое приснилось… − его передёрнуло.

− Бывает, − пробормотал я, пряча забытый в руке Спин в ножны, − Нам пора. Будешь все время рядом со мной – дальше двух шагов не отходишь. Если увидишь знакомого альва – дашь знак! Понял?

Он кивнул и через силу произнес, вставая на ноги:

− Да.

− Если попытаешься как-то предупредить его – церемониться не стану! Это понятно?

Верлиока вновь кивнул:

− Понятно.

Мы вышли в освещенный медленно садящимся солнцем двор.

Только тут я заметил, что человек одет совсем не подобающе: в испачканный костюм мира смертных.

− Позволь-ка мне, − Сили подошел так тихо, что даже я не расслышал шагов. Он просто повел по одежде, словно отряхивая пыль. Под его рукой плотная темная ткань приобретала глубокие переливы оттенков синевы и заблестела как срез замороженного сливочного масла. Прораставшая как ветви плюща прямо из ткани серебряная вышивка оплела рукава и лацканы удлинившегося пиджака сложными извивами узоров.

Неуловимо изменилась и внешность человека: уши вытянулись, кожа приобрела голубоватый оттенок.

− Подходит к глазам, − брат даже не улыбнулся. Развернувшись на каблуках высоких армейских сапог, удивительно сочетавшихся с узкими брюками и черным тренчем без каких-либо украшений, делавших его высокую фигуру строгой и угрожающей, он направился к выходу, бросив через плечо:

− Мы опаздываем, поторопитесь.

Сили, как всегда, предусмотрительнее меня.

Не даром Тианиель советуется с братом, принимая важные решения. Он любит шахматы, хотя поиграть получается редко – сложно подыскать достойного соперника. Я даже не сажусь с ним за доску. Максимум, во что можем перекинуться – «Лила»[1], тут у нас равные шансы. Порой поединки длятся не одну неделю: ведь сделав ход нужно осознать ошибки и выровнять внутреннее состояние, чтобы продвинуться дальше.

Очень верная идея, изменить внешность Верлиоки, чтобы не спугнуть того, кто желал мне смерти.

Мы вошли в тронный зал, принявший поистине циклопические размеры – королева решила блеснуть перед гостями и раздвинула пространство. Повсюду сновали пикси, разнося напитки, оставлявшие за собой медленно угасающее свечение от пыльцы, покрывавшей крылья. Несколько раз на глаза попадались очень похожие клуриконы, с глазами, сведенными к носу. Был ли среди них Корчо – сказать не могу − сегодня мне не до радостей, связанных с хмельным.