Диадема Справедливости

Какая хитрая! А вдруг ей что-то не понравится и придётся спасаться верхом? В голос добавил: − Конь пойдёт со мной!

Кэрриген оглянулась и обронила:

− Как знаешь!

Я продолжал идти за нею. Несколько тёмных теней метнулись к Поршню, но вдруг застыли в нерешительности. Конь вновь заржал и выпустил из пасти короткий язычок пламени. Слуа отпрянули – показалось, даже стало светлее. Не могу сказать, долго мы шли или нет – в Пустоши время словно проваливалось в черную дыру – никак невозможно отследить его бег.

Казалось, мы идём уже целую вечность, как прямо посреди равнины ведьма остановилась и сказала:

− Мы пришли.

Явно наслаждаясь произведенным эффектом, она села прямо на землю, поджав под себя ноги. Я в нерешительности стоял рядом с поршнем, не зная, как себя вести.

− Чего застыл? – прокаркала она, − Садись!

Не желая сидеть на голой земле, я вытащил маленький коврик из-под седла – давно завёл привычку возить его с собой. Ведьма хмыкнула: «Какой неженка!», а потом резко дунула на свою руку.

Меня облепило золотой светящейся пыльцой – тут же узнал пыльцу фей. В зависимости от обстоятельств она снимает или накладывает иллюзии. Постарался скорее скрестить пальцы и забормотал древнее заклинание, которому научила родная мать – снимающее мороки.

Мы сидел на стульях, за деревянным чисто выскобленным столом. Вокруг с потолка свисали на веревках пучки трав. На высокой изразцовой печи стоял медный закопчённый чайник. Пахло травами, зрелыми яблоками и почему-то сосной.

Сильная иллюзия, раз обычное зрение альвов с ней не справилось.

− Говорила же тебе, коня оставь! Ты что, его в дом хотел протащить? – у очага стояла очень миловидная женщина с тёмными волосами – я с трудом узнал в ней Кэрриген. Аккуратно подобранные волосы скреплены на затылке, серое платье выгодно подчёркивает фигуру…Лишь глаза, тёмные, цепкие не изменились. – Люблю морочить вашего брата! Скольким смертным вы ум за разум завели! Вот вам ответ от смертной девы.

− Где Поршень? – всполошился я.

− У крыльца стоит! Что железному сделается? – засмеялась женщина, − Да, разглядела я его, занятный у тебя питомец. Кто ж такое чудо оживить смог?

− Не знаю, − пробормотал я, − Он как-то сам. Видимо, сильно прежний хозяин допёк.

Ведьма недоверчиво зыркнула, но ничего не сказала. Налила в две глиняные чашки кипяток из чайника, одну пододвинула мне – в нос ударил пряный травяной запах.