Звезда сапфировых вершин

На ногах у нового вершика были броские желтые сапоги с пряжками, на руках – лимонного цвета перчатки. Но что меня удивило – так это гигантский алый бант с белыми точками, каким-то чудом державшийся сбоку. Круглые глаза вершика, густо обведенные черным карандашом, зеленели, как молодая листва. Хлопали блестящие подкрученные ресницы. Брови, будто вырезанные из темной копировальной бумаги, заинтересованно шевелились. А губы – такие же, как у Шаны, точь-в-точь, как у рыбки – были ярко накрашены блестящей бордовой помадой.

– Здравствуйте. Я Тиша, вершик, из местных, – неожиданно вежливо представился шар. Я уже и не надеялась, что в этом отеле кто-то умеет соблюдать приличия! – Пол женский, – стеснительно добавил шарик.

– Отлично, – усмехнулась я. – У меня тоже… пол женский. Но я никого не приглашала!

Мне показалось, что Тиша огорчилась, – сложились домиком широкие брови. Блестящие кубики, которыми она только что играла, упали в плетеную корзинку, стоявшую на полу. Я только что ее заметила.

– Хозяйка сказала, что вы меня очень ждете, – расстроенно проговорила Тиша. – Что очень-очень ждете!

– Да нет, это она меня очень ждет, – усмехнулась я. – Чтобы нарезать лук кольцами… Но ладно, раз уж вы пришли, заходите!

– С Тишей лучше на «ты», – сказал розовый клубок и подхватил с пола плетеную корзинку.

Мне не хотелось стоять в коридоре в наскоро запахнутом халате и спорить с шариком на ножках. К тому же, здесь мог появиться неприятный Человек Номер Четыре… Или вполне приятный господин Эдвин.

Он видел меня сегодня заплаканной, растрепанной, некрасивой. Не хочу предстать перед ним еще и после душа, с мокрыми волосами. Это просто неприлично, в конце концов!

Я сунулась в холщевую сумку за ключом от кабинета, но Тиша вдруг толкнула дверь лимонной перчаткой – и та послушно распахнулась.

– А здесь открыто было. Я не заходила, потому что без вас ведь неудобно, – объяснила Тиша.

Мне это совсем не понравилось – я точно помнила, что запирала кабинет на ключ.

Внимательно посмотрев на Тишу, я покачала головой:

– Это очень странно.

– Открыто было… – повторила Тиша. Она бы пожала плечами, если бы они у нее были.

Волнуясь, я шагнула в комнату, огляделась и убедилась, что всё на месте: закрытый саквояж – под столом, бежевое, с деревянными пуговицами платье, – на стуле. Маленькая сумочка, которую я, уходя из кабинета, спрятала в выдвижной ящик письменного стола, находилась там же.