Мой ветер перемен. Часть 1. Если можешь — беги

— Ты гений! — воскликнула Евгения.— Нет-нет, — запротестовал Дитмар. — Драконом был Меллизон! Ибо он — по-настоящему крупная личность!О Меллизоне писали, что к концу жизни он так растолстел, что перестал выходить из дома и сочинял музыку, сидя в кровати.Теперь рассмеялись все трое, даже Аврелий.Между тем Принц-Сокол допел свою арию и унёс Фредерику в тёмную вышину. Бедная Фелиция! Висеть между небом и землёй, надеясь на крепость рук партнёра и два почти невидимых троса… Неудивительно, что она дрожала и не могла как следует отдаться роли.

Зал взревел. Пышка Диди Леко в небеса не улетала, а рука об руку с моложавым Принцем степенно восходила по громоздкой лестнице, которая затем уезжала вглубь сцены.Пал занавес. Публика продолжала аплодировать, и через минуту Фелиция и Лукас Рагетти вышли на поклон.— Думаю, у этой девочки всё будет хорошо, — заключила Евгения, поднимаясь. — А знаете что? Мне надоело.Она по очереди оглядела мужчин.— Поедем в «Золотого гусака»!— Эжени, дорогая, — возразил Аврелий, — разве ты не хочешь узнать, какие ещё сюрпризы приготовил нам сьер Ольрих? Думаю, этот полёт только затравка, и в финале нас ждёт что-то по-настоящему ошеломительное. — Сюрпризом здесь была только дамзель Киффер, — отрезала Евгения. — А о ней я своё мнение составила.— Поддерживаю, — объявил Дитмар. — Остаток вечера можно провести и повеселее.Аврелий вскинул руки, капитулируя.Вот и всё. Сказка кончилась. Они уедут, я вернусь на своё место в бельэтаже и спокойно дослушаю оперу, что, несомненно, к лучшему…— Верити, дорогая, вы идёте?— Да, конечно, — на этот раз я успела подготовиться. — Спасибо вам за необыкновенную возможность. Было очень интересно увидеть сцену под непривычным углом...— Только не говорите, что собираетесь остаться, — Евгения опять ловко ухватила меня под руку. — Нет, нет и нет. Вы едете с нами! Будет весело, поверьте!— Простите мою сестру, Верити, — сказал Дитмар. — Она ужасно прямолинейна. Но признайтесь честно, вы уже видели эту оперу и сегодня здесь лишь затем, чтобы взглянуть на малышку Фелицию. Как и мы. Что ж, взглянули, послушали, оценили. Стоит ли терять целый вечер на весьма скучном, будем называть вещи своими именами, представлении?Он не касался меня, но шёл рядом, почти вплотную. Запах его одеколона щекотал ноздри.— Вы когда-нибудь были в «Золотом гусаке»? — спросил Аврелий.Я покачала головой.— Вот видите! А там, поверьте, стоит побывать.Похоже, они считали дело решённым.