Давай сыграем в любовь

Служанка улыбнулась, прекрасно понимая, о чем сейчас думает её госпожа.

– Разумеется, – Амалия вышла из кареты первой, плотнее закуталась в плащ. Холодные струи дождя буквально обрушились на нее, стекая по лицу за воротник. Девушка поежилась и, следуя за капитаном, поспешила войти внутрь двухэтажного домика, сложенного из серого камня.

Как оказалось, капитан выслал к трактиру гонца, и по приезду Амалию и ее спутниц уже ждала отдельная хорошо протопленная гостиная и горячий обед. Это слегка примирило графиню Ольшанску с путешествием, и она даже подремала в удобном кресле, пока уланы растирали своих лошадей и давали животным отогреться и просохнуть.

Сама виновница поездки все это время просидела у окна, сквозь мокрое стекло задумчиво рассматривая унылый пейзаж. Мрачная серость дождливого дня как нельзя лучше отражала то, что творилось у девушки на душе.

Её то и дело охватывало отчаяние. Слова графини разбередили еще не затянувшиеся раны.

Императору не отказывают…

Они встретились с Клаусом через три дня после того, как эрцгерцогиня объявила дочерям о решении Его Величества.

С трудом ускользнув от приставленных для надзора за императорской невестой слуг, Амалия стремглав понеслась на поляну, их поляну, где уже распускались первоцветы. Клаус был там. Он нетерпеливо прохаживался по кругу, водя в поводу своего гнедого коня.

– Милли, – бросив повод, он кинулся к девушке, протянул руки, помогая соскользнуть из седла, и так и остался стоять, обнимая ее за талию, – я так скучал…

– Клаус… нам не стоит…– Амалия мягко оттолкнула его, юноша сразу помрачнел:

– Значит, это правда? Вы приняли предложение Леопольда?

– Да, – она выдержала его взгляд, не опуская голову.

– Что за чушь! – разозлился юноша. – Милли, ты могла отказать Леопольду, как и любому другому!

Девушка покачала головой.

– Ты же знаешь, что я не могу… На наше герцогство давно точит зуб Северное Королевство, лишь близость Аустрихской империи и лояльность к нам императора Франца пока удерживает его… откажи я Леопольду, мы потеряем эту поддержку и окажемся беззащитны перед остальными соседями, – возразила Амалия.

– Нам необходим союз, который бы упрочил договоренности.

– Но почему ты, Милли! – в отчаянии воскликнул он, переходя на «ты», – Почему бы Леопольду не довольствоваться кем– то другим? Элизабет, например! Она же красивее тебя!

– Ты сам все прекрасно знаешь… – Амалия устало посмотрела на него, несмотря ни на что, слова о том, что сестра красивее, задели.