Та, что превращает время в пыль

– Послушай, а как можно снять этот треклятый ошейник?

Агнесс снова помотала головой, отчего и так не слишком аккуратная прическа совсем растрепалась.

– Боюсь, это может сделать лишь тот, кто его надел.

– Селин, – процедила я. Имя предательницы жгло мне губы. Я прикрыла веки и помассировала виски. – Ладно, подытожим. Из поместья можно выбраться только через запечатанную входную дверь, открыть которую может только Алвор Рейн или его ведьмы. Ошейник может снять только Селин – а с ошейником выбираться из поместья смысла нет.

Мне необходим мой дар. У меня нет ни оружия, ни силы. Нет их и у тебя.

Я готова была взвыть от отчаяния – какой бы путь я ни находила, он, так или иначе, приводил меня к тупику. Агнесс смотрела виновато.

– Скажи, а что насчет… твоего проклятия? Его можно снять?

Агнесс сглотнула. Снова обернувшись назад, хотя дверь в мою спальню была закрыта, она закатила рукав невзрачного платья до локтя. Выше запястья я увидела нанесенный серебристыми чернилами символ из причудливо переплетенных линий.

Я вздохнула – и снова метка. Среди тех, кто в совершенстве владеет магией, подобные нательные знаки весьма популярны.

– Любая ведьма может расплести нити и вернуть мне мою силу, которую этот символ запечатывает.

Замкнутый круг. Я покусала губы.

– Знаешь, что? Выход есть. Мне просто нужно втереться в доверие Алвора Рейна, убедить его в том, что я целиком и полностью на его стороне, и поддерживаю его отдающий безумием план с помощью моего дара получить власть над всем Ант-Лейком.

Агнесс быстро закивала.

– Если ты получишь доступ в его покои… Наверняка у лорда Рейна есть и оружие, и магические амулеты!

Я поморщилась. Меньше всего мне хотелось заходить в спальню Верховного колдуна – даже в его отсутствие. Но если другого выхода не предвидится… Я пойду на все, только чтобы вызволить нас с Агнесс отсюда.

Глава тридцать седьмая

Анна-Лиза оказалась права: старая часовня с ржавым замком на двери, которую Дочери Лилит называли своим храмом, оказалась пуста.

Но вместе с тем было очевидно, что часовня не заброшена – ни пыли, ни паутины по углам. В центре стоял алтарь с наполненной водой чашей, в которой цвела черная лилия. Когда Дочери Лилит хотели воззвать к дьяволице, то приходили сюда, в храм, и, коснувшись лилии, шептали слова призыва. Дочь Люцифера отвечала не всегда, но иногда она появлялась прямо из теней за алтарем. Анна-Лиза взывала к ней лишь раз, но Лилит так и не ответила.