Та, что превращает время в пыль

Я видела глаза Агнесс, в которых плескался и страх, и боль, и ненависть. Наверное, она пыталась повторить с колдуном тот же фокус, что с Селин, и подчинить себе его волю. Но лорд Рейн был слишком силен.

Из глаз Агнесс вдруг потекли кровавые слезы, а кожа побледнела как мел. Я понимала, что Верховный колдун убьет Агнесс, если я не вмешаюсь. У меня был только один-единственный шанс ее спасти.

И я его не упустила.

Я бросилась вперед и прежде, чем Алвор Рейн обернулся, вонзила в его руку Кинжал Праха, который все это время прятала в рукаве.

Я хотела лишь выиграть время, чтобы Агнесс, пользуясь своей силой, сумела обездвижить или нейтрализовать его.

Но случилось то, чего я меньше всего ожидала.

Лезвие вошло в плоть Рейна словно в масло, и в то же мгновение по его телу начала распространяться чернота. Как проказа, она с сумасшедшей скоростью поражала кожу колдуна – сначала руки до кончиков ногтей, потом шею и голову – вплоть до снежно-белых волос, тут же будто покрывшихся сажей. И в тот момент, когда лорд Алвор Рейн с головы до ног покрылся чернотой и стал походить на обуглившийся труп, он вдруг… просто рассыпался на части, оставив после себя только оседающий на каменный пол прах.

Кинжал Праха, полностью оправдавший свое название, сжег душу Верховного колдуна и сгорел дотла сам.

Воцарилась тишина, а мне вдруг стало все безразлично – выберемся мы из поместья или же ведьмы поймают нас. Я убила человека. Я только что убила человека. И хотя лорда Алвора Рейна язык не поворачивался назвать невинной жертвой, это не отменяло того факта, что на моих руках отныне была чужая кровь.

Я не слышала, что исступленно кричит мне Агнесс. Я просто стояла и оторопело смотрела на хлопья пепла, как черный дождь падающие вниз. Кто-то схватил меня за руку, и поволок вперед. И только когда в мои легкие ворвался свежий воздух с ноткой вереска, я поняла, что мы с Агнесс наконец свободны.

Вот только свобода эта имела горький привкус чужой смерти.

***

После того, как Агнесс запечатала дверь с обратной стороны, не давая ведьмам шанс опомниться и броситься в погоню за нами, мы направились в сторону Ант-Лейка.

Теперь, когда со мной Агнесс, а Алвор Рейн мертв, уже не нужно было бояться, что ведьминские чары собьют нас с пути.

Я молчала, слишком ошеломленная произошедшим, а Агнесс, робко поглядывая в мою сторону, не решалась нарушить тишину.

– Мне так жаль, что ты потеряла Кинжал Праха… – сказала она через час пути.

– Я все равно никогда бы его не убила.