Белый танец

Арнольд, стоя у узкого окна, не столько пытался что-то разглядеть сквозь зарешеченное стекло, сколько размышлял, сложив руки на груди. Перстень с черным камнем, блестевший на его пальце, поглощал слабые лучи осеннего пасмурного дня. В профиль он казался даже красивее и мужественнее. Странный мужчина. Словно герой женского романа. Все фантазии любой девушки воплотились в нем: богатство, власть, мужская сила. И ум. Его ум, загадочная работа мысли, отраженная в глазах, в мимике, поиск решений и озарения. Морщинки, появляющиеся и исчезающие по неведомому внутреннему сигналу, пальцы рук, мечущиеся по лицу в попытке нащупать тайные знаки с разгадками всех мировых секретов.

И внезапно вновь спокойствие на глазах, скрывающее дымкой тумана все происходящее. Спокойствие в глазах, в жестах, в словах. За этой необыкновенной игрой эмоций было так интересно наблюдать.

Дана окунулась в совсем несвойственные ей «розовые» мечты. А должна быть сейчас совсем другой, жаль невозможно на время укрыться за металлической чешуей.

Но у нее было свое оружие.

- Добрый день, Арнольд. Добрый день, Мартин. Рада вас видеть. Прошу извинить меня, профессор. Ковентина, пожалуйста, пригласи нашего гостя в библиотеку. Ему там, наверняка, будет очень интересно. И попроси, чтобы нам подали кофе. И стакан воды.

Дана села в свое кресло. Это место казалось не самым удобным, она по-прежнему чувствовала себя здесь под взглядами чужих глаз, как в перекрестье прицелов. Почему же Мартин медлил? Его расслабленный, доброжелательный вид, его улыбка, блеск в глазах, хорошее настроение не давали сосредоточиться.

-Арнольд предупредил, что у вас серьезный разговор.

Показалось, что после этих слов он даже хотел подмигнуть, но в последнюю секунду передумал и просто протянул через стол конверт.

- У нас время от времени происходят философские вечера, выступления. Такое своеобразное общество. Устраиваем и вечера поэзии. Гензерих, правда, в последнее время у нас не бывает. Но, может быть, вы воспользуетесь приглашением и посетите наше следующее собрание.

Будет интересно. Мы ожидаем приезда знаменитого знатока восточной поэзии. И профессор Россиньоль расскажет нам о своей теории магии.

Дана смотрела на конверт и пыталась собрать вновь разлетевшиеся мысли. Возможно, магия Арнольда заключалась в ясновидении? И он в душе насмехался, читая ее как открытую книгу.

Нет, в такое она не верила даже здесь и сейчас, после всего того, что было пройдено. Невозможно для нее, невозможно для других.