Метаморф, или как справиться с проблемой

Адская боль, муки, все это похуже простой мрачной тени.

Но, на счастье сегодняшней ночи, меня выдрали из зарослей за плечи, поставили на ноги и убрали с шеи удавку из плюща, выбросив ту куда-то в сторону.

- Эй, ты в порядке? - Герстейн обеспокоенно потряс меня и заглянул в глаза, в которых не увидел, наверное, ничего, ибо сейчас я боролась со всеми силами метаморфической души, чтобы его не убить и не спрятать труп в этих же кустах.

В голове помутилось, я поздно осознала, что опрокинула некроманта на землю и принялась с дикими рычаниями его душить.

Удлиннившиеся верхние клыки едва не пропахали нижнюю губу. Грань метаморфозы у каждого своя, для меня же это звериные глаза темно-фиолетового цвета и зубы.

Мужчина попытался схватить меня за запястья, но я сдавила шею сильнее.  Опасаясь, что действительно его убью, закрыла глаза и с большим усилием встала, отходя на край поляны и успокаиваясь. Рычания все никак не удавалось сдерживаться, ярость, возникшая из-за испуга, клокотала в душе, как кипящий отвар в кастрюле.

Герстейн кашлял, судорожно хватал ртом воздух, потирал шею и старался выжать из амулета регенерации все силы, чтобы быть "в деле".

- Черт бы побрал тот день, когда я встретилась с тобой на площади! - я все ещё рычала, но почти отошла от всего только что случившегося и спокойно рассматривала огромное дерево с растрескавшейся корой от корней до самой макушки. Кашель позади не прекращался ни на секунду. На душе заскребли кошки. Я закатила глаза и, матюкнувшись, пошла к Герстейну, — Давай помогу…

Он не ответил, лишь оттолкнул мои руки и отвернулся, растирая синее горло.

Обычно не все могут наносить вред некромантам, ведь их энергия — смерть, а пища — кладбище. А значит, что он давно не ел.

Я нерешительно мялась на месте, прикидывая, срежут мне голову за возникшие мысли о путях примерения или нет. Ссориться сейчас, в условиях этого мира, было страшным идиотизмом.

За спиной заухала сова, слетев с одной ветки и спикировав на другую.

Я осторожно поднялась на цыпочки и обняла своего личного охранника за многострадальную шею, выдохнув ему в затылок.

«Когда слова утрачивают свою значимость, тактильный контакт и мимика говорят за них…» — известная, наверное, во всех мирах, континентах и городах фраза, о которой постоянно забывают.

Я ощутила, как тяжело некромант выдохнул и расслабился, кладя на мои ледяные ладони, сцепленные в замок на его груди, свои теплые, почти что горячие.