Эльфийский талисман, повесть о двух городах

А помнишь, как она рассказывала, что реки могут течь не только по земле, но и по небу? И что по этим небесным рекам плавают корабли, а на берегах живут люди?..

– Пари-та, сэ иса, – громко сказали за дверью. «А я тебе говорю, это здесь...».

– Да! – от неожиданности Юра ответил по-русски.

Дверь распахнулась. На пороге стояла высокая девочка в коротком платье, в красных башмачках с каблучками и чулочках с подвязками, с выбивающейся из-под чепчика с ушками светло-русой косой. Рядом переминался с ноги на ногу белоголовый мальчуган в коротеньком кафтанчике.

За их спинами в полумраке коридора маячил лысоватый мужичок при кошеле и ноже, в коричневом домотканом кафтане.

– Ой, простите! – девочка отпрянула, зажмурившись от электрического света. – Нам сказали, что здесь есть лекарка. А вы, госпожа?.. Вы ведь не просто лекарка, вы райсу-чародейка? Как в сказке, с шайори наравне? Наверное, вы поэтому господину Эсванару и не представились... Ой, простите, госпожа! Я – Дану Итанар, а это мой младший брат Орни.

..

– Нашей маме плохо, – прервал сестру насупившийся мальчик. – У неё опять лихорадка, всю трясёт, лицо красное, и всё время кружится голова...

– Помогите ей, добрая госпожа! – снова перехватила инициативу девочка. – Вы же райсу-чародейка, вы всё можете. Когда прибудем в Крохану, папа вас щедро вознаградит, вот увидите. А если вам нужна помощь вашего слуги, наш Гово покараулит вашу комнатку и ваши вещи...

Глава третья. Котёнок на незнакомом чердаке.

– Аню! – Ирику выключила радиоприёмник. – Давай в город сходим?

– А можно? – удивилась Анечка.

– Кто же нам запретит? – рассмеялась Ирику. – Мы же та Кано, или ты забыла? Бесстрашные та Кано, вечные мятежники и вечные победители...

В действительности, поскольку разговор шёл на вехтарийском, Анечка услышала: «Кираэ-на но пуав интара? На-эс та Кано-са, напали-ту? Сан пури та Кано, эрнель ребо о эрнель викаро...».

Для большей убедительности Ирику показала на витой геральдический щит, висевший на стене над камином.

Четыре расположенные в шахматном порядке поля – в двух серебряных турнирные копья целятся в зелёную десятилучевую звезду, в двух золотых изображены три ярко-алых изогнутых крыла, издали напоминающих стилизованное птичье крыло. Здесь же висел составленный из разноцветных треугольников фамильный вымпел. И тканый гобелен, изображающий руку, держащую развевающийся на ветру платок или повязку.