Лесная колдунья

Кишки боевого жеребца жёлто-розовым клубом вывалились наружу. Наездник ещё дышал, жадно хватая воздух посиневшими губами.

 Теперь пан Богуслав рубился сразу с двумя противниками. Сабля в усталых руках сделалась непомерно тяжёлой. Кровь заливала левое бедро. Опьянённый битвой воин не ощущал боли. Однако слабость нарастала, замедляя движения рыцаря. Один из противников ротмистра упал, получив смертельный удар в шею. 

 Встретившись с тяжёлым эстоком врага, сабля пана Родкевича сломалась. Ротмистр выхватил из-за пояса кинжал и попытался закрыться им от сокрушительного удара.

Огнём обожгло правый бок. Мир в глазах взорвался белой вспышкой и закружился, гусар пошатнулся и судорожно всхлипнул.

 Это всё? Страшная догадка ротмистра совсем не испугала. Он уже плохо осознавал, что творится вокруг, звуки битвы доносились до него словно издалека. Дышать сделалось невыносимо трудно. Двуручный кончар противника сбил с головы ротмистра шлем.

 Пан Богуслав выпустил из руки поводья и приник к шее коня, понимая, что умирает.

Могильный холод потёк по ногам, постепенно поднимаясь вверх к сердцу, которое стучало часто и слабо. Другая, дрожащая от напряжения рука ротмистра по-прежнему сжимала кинжал с рукоятью в виде оскаленной головы волка, долго и верно служивший владельцу. Свинцовая тяжесть легла на грудь пана Богуслава, и вечный холод навсегда сковал неподвижное тело…

 Глеб пробудился в холодном поту и приподнялся на локтях, чувствуя, что задыхается. Мужчина открыл глаза и не сразу не понял, где находится.

Почему он валяется на полу? Жуткий сон. Умирал, будто по-настоящему…

 Солнце клонилось к закату. Вечерний тёплый ветер шевелил занавеску на раскрытом окне, с улицы доносилось мычание коров и щёлканье пастушьего бича, стадо возвращалось домой.

 Постепенно предприниматель пришёл в себя, хотя смутные картины далёкой битвы всё ещё продолжали крутиться в его сознании. Страшная ночь! Глеб вспомнил о доставшемся ему по наследству кинжале, неуклюже поднялся на ноги и подошёл к старинному комоду.

В нижнем ящике лежал кинжал с рукоятью в виде оскаленной волчьей головы…

Глава 16

 Короткий стук в дверь оторвал Глеба от созерцания кинжала. На пороге стоял Влад, священник выглядел усталым и задумчивым. Но, пожав другу руку, он бодро улыбнулся. Правда, улыбка тотчас же исчезла с лица Влада – болезненный вид Глеб вызывал сочувствие. 

– Привет!  Парень в мастерской сообщил мне, будто ты заболел.