А где-то в соседнем дворе…

Не загнется ли оно, пока хозяин станет проживать очередную иллюзию жизни? Но с другой стороны, разве та реальность намного отличается от нынешней?

Представляю, как вытянулось бы лицо врача, узнай он, что некоторые пациенты вместо того чтобы пребывать в пустоте комы, носятся по улицам города на поливальных машинах, искусно закамуфлированных под снегоуборочные. И спасают автомобилистов, между прочим — от глупости, неприятностей, всего того, отчего не уберегли себя. Ангелы-хранители, черт нас побери.

— А ты расскажи, — начальство умеет читать мысли.

Кто бы сомневался, но только не я.

— Не хочу в психушку.

Всматриваюсь в аккуратные буквы контракта и внезапно понимаю, что не в силах разобрать ни слова. Будто наваждение какое-то окутывает разум. Вскакиваю и пытаюсь всмотреться в лица друзей, но все они плывут, преображаясь в водовороты силы, которые невозможно увидеть в реальном мире, а лишь почувствовать. На прощание Галочка посылает мне воздушный поцелуй, а Батон трется о ладони мохнатой мордой — только лишь для того, чтобы реабилитация прошла как можно быстрее.

— И это еще не все сюрпризы, — шепчет робот и продолжает приглушенным тенорком:

— Циклон, несколько дней терзавший Европу, наконец, ослабевает. По всей видимости, праздники пройдут при усиленной работе спецслужб, но хотя бы спокойно.

— И что, даже Англия цела? — сиплю я, с трудом размыкая заплывшие веки.

— Доктора!

— Доктора!

Кажется, снова отключаюсь, но ненадолго.

— Где я нахожусь?

— В сорок девятой.

— А вы не Алина, случаем?

Девушка вздрагивает, и я стремлюсь скорее перепрыгнуть на другую тему:

— Сколько я здесь?

— Три месяца, никто не ожидал, что очнетесь так быстро.

Вы попали в аварию и пережили клиническую смерть. Это чудо, что смогли выжить при попадании в отбойник на скорости за двести! А еще вы первое на моем веку исключение из правила ботинка... ой...

— Я знаю. Это когда тело водителя черт-те где, а его обувь стоит на педалях, — три месяца, а по моему времяисчислению не меньше трех лет.

Она кивает.

Замечательную тему для разговора с хорошенькой девушкой я выбрал. Действительно, ничему меня жизнь не учит.

— Вы, наверное, очень спешили куда-то?

Точно. Спешил — на тот свет. Разозлился на жизнь, родителей, подружку, имени которой сейчас, наверное, и не вспомню, и погнал. Бесконечно выжимая педаль газа, дожидаясь скорости, при которой откажет автомобиль или моя реакция. Вот только незачем Алине об этом знать, да и остальным живым — тоже.

— Да, торопился.