Коллекционер слёз

— А что мне еще прикажешь делать? — кажется, он потерял ко мне всякий интерес, переключившись на перепалку с сестрой. — Директора нет, Спайка и Жаклин тоже.

— То есть тебя некому гонять по всему театру? — я улыбнулась своей нелепой мысли.

— Никто меня не гоняет, я свободный человек, — Никлаус фыркнул, горделиво подбоченившись. — Начальство может поворчать, конечно. Но только для виду, на самом деле они все зайки.

— Ты кого зайкой назвал, юродивый?

Клаус тут же подпрыгнул на месте, чуть не сбив меня с ног.

Вскрикнул, увернувшись от яркой магической искры, что просвистела в нескольких сантиметрах от него.

— Спайк! — Николь радостно улыбнулась его появлению. — Правильно, покажи этому бездельнику, где раки зимуют!

— Вы что вообще тут забыли? — Спайк оперся о свою трость, окидывая нас троих скептичным взглядом. И, судя по тому, как двойняшки притихли, после Кукловода Спайк тут был если не главным, то уж точно одним из самых влиятельных. — Кто должен был помогать Васко рисовать задник?

— А, я уже бегу, — Николь помахала нам рукой, спешно ретировавшись обратно по коридору.

— Одетта, передай Жоззи, что я попозже зайду! — она на ходу подмигнула мне, ускоряя шаг, стоило Спайку с улыбкой стукнуть тростью об пол.

— А я это, ну, пойду, в общем, помогу… — Клаус замялся, встретившись со взглядом Спайка, не сулившим ничего хорошего, — ой, помогу Жаклин полить ее эту, как ее… ну, пальму эту!

И он улизнул, не попрощавшись. Спайк лишь тяжело вздохнул, покачав головой, а затем подошел ко мне, приветливо улыбнувшись.

— Если ты к Жоззи, то тебе в другую сторону. Пойдем, провожу, — он хмыкнул, глядя на мое растерянное лицо. — Брось, ты же не думаешь, что я на них действительно злился?

— Ну, знаешь, ты выглядел убедительно, — я улыбнулась в ответ, следуя за ним.

— Я же актер, — он рассмеялся. — Люблю этих бездельников, так что это все исключительно в воспитательных целях. А то эти двое будут целыми днями друг другу косточки перемывать. Кому тогда прикажешь за них работать? Театр развалится, если за ним не следить.

— Вижу, тебе это место дорого.

— Лишь потому, что оно собирает под своей крышей хороших людей. Эта труппа она… как большая семья. Ты поймешь вскоре, — его взгляд вмиг стал более тусклым, — мы словно единый организм. У большинства нет ничего кроме этого театра.

— Как это? Они ведь все взрослые люди.

— Они-то? — Спайк хохотнул. — Двойняшки сироты, театр буквально вырастил их. Они словно дети его.