Коллекционер слёз

— за моей спиной раздался шорох, — сахар принесла этому духу.

По сути, я даже не солгала. Киваю на сахарницу, и Кукловод коротко улыбается. Переводит взгляд на записную книжку у моих ног.

— А это? Паучок принес? — он склоняет голову набок, приближаясь. Я только кивнула, взявшись за кожаный переплет и подавая его владельцу. — Вот проказник, вечно таскает мои вещи.

— Ты знаешь этого духа? — невольно оборачиваюсь и замечаю, как существо жмется в углу, словно нашкодивший пес.

— Конечно. Он живет здесь долгие годы, — Кукловод отряхнул записную книжку от пыли, убрав ту во внутренний карман сюртука.

— Добрейший дух из всех, что можно повстречать в Лондоне. Совершенно не опасен, но очень назойлив. В свое время он мне так надоел, что я запер его в этой комнате, зажег тут магический огонь. Но, как видишь, — он кивнул на погасшие поленья, — забыл поменять дрова.

— Он... не любит свет?

— Терпеть не может, — короткий кивок. — Особенно свет от пламени. Принято считать, что Паучок — дух сожженной заживо ведьмы. Он даже свечей боится.

Но он чертовски полезен, прогоняет из дома других насекомых и слабых духов. Но до невыносимого любопытен и общителен, хоть и не может говорить. Читает мысли, пишет на полу и стенах, крадет из кладовой сахар и шоколад. С ума сходит, стоит ему завидеть сладкое. Но ты, судя по всему, это и сама уже выяснила.

— Опытным путем, — широко улыбаясь, радуюсь тому, что Кукловод не подумал спросить меня о том, заглядывала ли я в его записи. Потому что уверена, что не смогла бы солгать.

Между нами удивительным образом пропало то напряжение, что витало в доме последние несколько дней. И это не могло не радовать.

— Пойдем? — Кукловод подал мне руку. — Лучше здесь надолго не оставаться. Это место... скажем так, комната сама по себе подобна духу. Тут нельзя задерживаться, рискуешь потерять связь с реальным миром.

— А у меня она есть? — неловко улыбаясь, все-таки берусь за протянутую руку.

Покидая комнату, я все-таки на прощание помахала свободной рукой тому, кого Кукловод называл Паучком.

И в этот раз я была уверена, что существо улыбнулось мне в ответ в свойственной ему паучьей манере.

***

Вернувшись в гостиную, Кукловод опустился в свое любимое кресло, возвращая все свое внимание книге, что он читал, да остывшему чаю на столике. Мне оставалось только мяться в дверях, раздумывая над тем, стоило ли сейчас заговорить с ним. Мыслей в голове было слишком много, но ни одна не подходила для начала хоть сколько-нибудь адекватного диалога.