Танцы на Цепях

Унялась дрожь в руках, тело наполнилось странной легкостью. Еще мгновение, и можно будет оттолкнуться от земли и помчаться ввысь, к кровавому небу Изнанки.

Но легкость прошла, обратившись привычной тяжестью одежды, оружия и плоти. Внутри больше не пульсировал огонь. Коснувшись рукой живота, Клаудия нащупала прореху там, куда угодил осколок, но под тканью чувствовалась совершенно гладкая кожа. Ни раны, ни шрама, который напоминал бы об атаке.

Резко поднявшись, она завозилась, пытаясь расстегнуть куртку.

Пальцы одеревенели и не слушались, но с третьей попытки застежки поддались. Куртка распахнулась, обнажив совершенно здоровое тело.

На плоском животе ни следа. Будто и не было ничего.

– Как же…– пробормотала Клаудия и уставилась на незнакомца.

Тот склонил голову набок, оценивая деяния рук своих, и слабо улыбнулся. И улыбка эта холодными мурашками пробежала по затылку. Клаудия поспешно застегнулась и шагнула назад, прижавшись спиной к дереву.

– Кто ты?

– Рука помощи, – безучастно ответил незнакомец.

В его словах не было ни капли эмоций, ни крупицы чувств. Только странная улыбка кривила губы, а звуки непринужденно слетали с языка, формируя фразы, смысл которых будто не имел для мужчины никакого значения.

Ростом он был выше Клаудии на голову. Крепкая фигура затянута в белое.

Только сейчас она заметила, что все на незнакомце было белым: сапоги, штаны, рубашка и надетая сверху жилетка, плащ. Ни постороннего оттенка, ни пятнышка. В кровавом свете Изнанки подобная белизна не просто резала глаз.

Она ослепляла.

Он вырвал из меня клинок голыми руками, а одежда совершенно чистая. Даже на пальцах ни одной алой капли.

– Имя у тебя есть?

Незнакомец встрепенулся. Что‑то человеческое проступило под белоснежной безучастной маской.

Но только на миг.

– Я свое имя давно отдал, – отчеканил он, – я здесь по велению партнера.

– И кого же?

Мужчина удивленно моргнул и посмотрел на Клаудию, как на сумасшедшую.

– По велению Первородной, конечно.

Рука коснулась груди. Под пальцами мелькнула тонкая алая нить, похожая на паутинку. Она уходила в сторону и терялась где‑то вдалеке.

Проследив взглядом за тонкой паутинкой, Клаудия тяжело сглотнула.

Темная громада башни Беренганд медленно вырисовывалась в воздухе. Пока только контуры, едва уловимые отблески на боках.

Как же она не заметила ее раньше? Ведь при переходе башня исчезла! Ее точно не было рядом всего минуту назад.