Кетаб первый. В Дафиаркам.

В юности король удивлялся этой странной привычке генерала – в минуты задумчивости или особого сосредоточения тянуть слова по-имперски длинно, с несколькими ударениями, но с годами привык. – У постовых насчёт срочных донесений чёткий приказ – гонцов незамедлительно сопровождать сюда. Значит, это были не гонцы…

Дэмиан нахмурился:

– Сообщение из столицы – и не срочно? Не может быть.

– Возможно, это всего лишь добровольцы. Ушли из-под командования и тайком прибыли на фронт. А про сообщение говорили, чтобы их не задерживали.

– Генерал потёр подбородок двумя пальцами, поправил на карте накренившуюся вышку. – В любом случае, это не посланники из Ниэндара или Райндэра, которых мы все ждём.

– Да, ты, наверное, прав. Вы свободны, полковник. – Дэмиан дер Вэйл махнул рукой, после чего офицер поклонился и вышел. В дверях он столкнулся с часовым. Парнишка заметался, пытаясь обойти полковника то справа, то слева, потом, видимо, вспомнил устав и вытянулся по струнке, неуклюже отдав честь.

– Нашёл? – спросил Бейрас, подняв на часового тяжёлый взгляд.

Солдат, который по-прежнему стоял замерев, непонимающе моргнул светлыми, выгоревшими на солнце ресницами.

– Простите, ваше превосходительство?..

– Стол нашёл? – недовольно рявкнул генерал.

– Никак нет…

– Так какого хера тогда явился?

– Виноват, ваше превосходительство!

– Пошёл вон!

– Слушаюсь!

Часовой развернулся, постоял секунду на месте и вновь повернулся к королю, вспомнив, какого хера он всё-таки явился.

– Ваше величество, разрешите доложить!

Дэмиан дер Вэйл кивнул:

– Слушаю.

– Там прибыли двое, мужчина и женщина, служители культа Высшего. Очень просят аудиенции.

– По какому вопросу?

Солдат замялся.

– По какому вопросу? – требовательно повторил король.

– Простите, ваше величество, я не вполне понял…

Бейрас выпрямился, приблизился к парню, грозно навис над ним.

– Ты что, приказ не слышал? Всех гражданских гнать в шею! – гаркнул он с высоты своего немалого роста. – Сейчас не до просителей! Под трибунал захотел?

Часовой испуганно попятился, веснушки ярко вспыхнули на побледневшем лице.

Получи и распишись, Валко, ставь свой кривой крестик напротив непонятных слов-закорючек да топай на эшафот. А ты-то, дурак, бежал на службу в первых рядах, чуть не скакал от радости, когда тебя поставили нести караул у покоев самого короля! Знал бы, что генерал – настоящий зверь, ни за что б не вызвался добровольцем…

– Нижайше просим прощения, ваше величество, – раздался негромкий голос.