Импровиз. Магия менестреля

«Хвост»?

Шагая по малолюдным улицам Аркайла, наёмный убийца углубился довольно далеко. До рыночной площади оставался всего один квартал. В начале первой стражи здесь можно было встретить только торговцев — рыбников, зеленщиков, мясников, булочников и многих других. Рыночная площадь — огромное чрево Аркайла, призванное кормить многочисленных обитателей столицы. Здесь продавалось всё. От самых изысканных яств, которые доставлялись из-за моря или через горные перевалы Кевинала, до простой пищи, которая нужна черни — ремесленникам, слугам, грузчикам из порта, небогатым мещанам.

Герцог Лазаль однажды вздумал ограничить ввоз сыра и копчёностей из Кевинала и Айа-Багаана. Самому ему лекари давно запретили острое, солёное и копчёное — у его светлости жутко болели коленные суставы. Вот он и решил — ну кто в Аркайле будет страдать из-за вонючего, покрытого плесенью кевинальского сыра? Или копчёного морского угря с островов? Поэтому в очередной торговой войне с соседями герцог решил отказаться от странной и непонятной еды.

Да не тут-то было! Взбунтовались праны, привыкшие к всяческим утончённым блюдам. А вслед за пранами на дыбы встали богатые купцы. Чуть до открытого бунта не дошло. Лазаль, отличавшийся суровостью нрава, вначале пообещал недовольным, что их закоптит и покроет плесенью в назидание другим, но потом поостыл и позволил торговать заграничными изысками. Только позволил их продавать не всем, кому в голову взбредёт, а лишь лавочникам, оплатившим особый налог. И не на рынке, а в чистых и опрятных лавках для богатых горожан. Подданные побурчали и согласились, с тех пор исправно пополняя казну — ведь купцы не дураки и деньги, потраченные на налог, возвращали увеличением цены.

К концу первой стражи на рынке будет вообще не протолкаться. Сплошным потоком хлынут хозяйки из малоимущих семей за покупками, кухарки и служанки богатых и благородных. Появятся нищие и попрошайки, музыканты и певцы, акробаты и жонглёры, карманники и мошенники. Затеряться в такой толпе — раз плюнуть.

Беда в том, что ждать бурлящего многолюдья ещё долго.

Пролог. Ч. 3

Убийца пошёл беспечной походкой, чуть подволакивая левую ногу. Он как бы всем видом старался дать понять, что никуда не денется, что он весь простой, доступный и понятный, что каждый его шаг можно просчитать наперёд. Закашлялся, вытер губы кулаком. При этом на отполированной серебряной пластинке отлично разглядел идущего позади человека. Неприметная серая одежда.