Солнце, что следует за Луной. Наттеньеры

– А какое может у меня быть обращение к тебе, Елена, если ты спасла от верной гибели моего дорогого сына? – ответил герцог Доран и, затем, обратившись к экономке, сказал:

– Ты свободна, Роксана.

Та поклонилась и вышла.

– Подойди сюда, – указал герцог на стол возле камина, – вот две вольные и документ на жеребца.

Он взял со стола два небольших свитка и протянул Елене.

– Прочти сама.

Елена развернула один из свитков и увидела свое имя, написанное золотыми чернилами. «Вот и все! – пронеслось у нее в голове – Я свободна! Я больше не крепостная!» От волнения она ощутила, как холодеют пальцы.

Герцог Доран внимательно наблюдал за ее реакцией.

– Что же ты? Прочти, что там написано, – предложил он еще раз.

Елена сложила свиток и поклонилась с почтением.

– Я благодарна вашей светлости. Но прочесть я не смогу, так как не знаю верейского.

– Ах да, я совсем забыл, – смутился герцог, – ну что ж, теперь ты и Варди свободны, можете в любое время уходить. А теперь мне нужно поспешить, и так оставил на долго императора в каминном зале.

Елена поклонилась герцогу и вышла из комнаты.

Держа у сердца заветные документы, она, не помня себя от радости, побежала вперед.

«Свободная, свободная, свободная!» – твердила она сама себе, не веря своему счастью. Она выбежала в сад и направилась в сторону заднего двора. Стоял поздний осенний вечер. В саду пахло опавшей листвой, журчал ручей. Все цветы уже давным-давно отцвели, лишь изредка попадались на клумбах запоздалые розы или гортензии.

Тропинка к заднему двору пролегала мимо небольшой плетенной беседки, Елена не замечала ничего вокруг и смотрела лишь на свои руки, держащие свитки с вольными. Как вдруг кто-то выпрыгнул прямо перед ней из темноты, прижав к стене беседки и, схватив двумя руками за горло, начал душить. Свитки попадали на землю, в глазах потемнело, Елена отчаянно пыталась высвободиться из тисков вокруг ее горла, но безрезультатно.

– Я же сказал, что доберусь до тебя, ведьма, – прошипел герцог Лейв, еще сильнее сжимая пальцы на горле своей жертвы, – сначала спасла моего треклятого братца, а теперь и вольную получила! Но никто, слышишь, никто никогда не сбегал от меня!

Елена чувствовала, что задыхается, сознание начало мутиться.

– Я задушу тебя прямо здесь, в этом и будет твоя свобода, – Лейв оскалил зубы, радуясь своей садисткой выдумке.

Но тут кто-то одним рывком оторвал Лейва от Елены и повалил на землю. В тусклом ночном свете Елена узнала фигуру Кольбейна.