Гадалка - 3. Игра в кошки-мышки

Взгляд Винсента словно невзначай скользнул по фамильному перстню, который я надела на прием, повинуясь настойчивому требованию Себастьяна.

— Да, я слышал про вас, — подтвердил он и неожиданно улыбнулся. — Не так давно я имел честь познакомиться с вашим отцом. Спешу передать, что он очень волнуется за вас.

— Ах, простите, ваше высочество, но я не желаю слышать про этих изменников! — Себастьян досадливо махнул рукой. Затем повернулся к Альберту, который все время разговора молчал, лишь сосредоточенно хмурил брови, видимо, тоже не совсем понимая, какую игру затеял его подданный.

— Ваше величество, если вы больше ничего не желаете добавить, то, полагаю, сьерре самое время удалиться. Не стоит какой-то там девице второго сословия мешать разговору столь влиятельных особ.

— Да-да, конечно, — рассеянно отозвался Альберт и как-то неловко улыбнулся мне, явно желая немного приободрить. — Идите, сьерра Беатрикс.

— И не смейте возвращаться и досаждать королю вашими надоедливыми и чрезвычайно наглыми просьбами, — с глухой угрозой добавил Себастьян.

Второго приглашения мне не понадобилось. Я вылетела из кабинета, словно ошпаренная, чувствуя, как от стыда горит все лицо. Ну, Себастьян, ну наглец! Нет, я привыкла уже, что от него не стоит ждать ничего хорошего, но в данной ситуации он превзошел даже себя. Никогда в жизни я не чувствовала себя настолько глупо, как в тот момент, когда рыдала в кабинете у короля, не видя ничего вокруг.

Удачно попавшийся по дороге слуга любезно проводил меня к гардеробной, иначе, боюсь, я бы заблудилась в лабиринте дворцовых коридоров.

Но на этом мои приключения не закончились. У самой заветной комнаты путь мне неожиданно преградила знакомая плечистая фигура.

— Янор, я уезжаю, — нетерпеливо проговорила я, кивком поблагодарив слугу и позволив ему идти по своим делам. — Ни секунды тут больше не желаю находиться!

— Именно поэтому я здесь. — Янор хмыкнул, оценив мой несколько потрепанный вид. — Себастьян просил проводить вас.

— Я доберусь домой и сама.

— Я с вызовом вздернула подбородок, глядя в темно-карие спокойные глаза бывшего палача, и разъяренно притопнула туфелькой. — Передайте ему, что я больше не желаю о нем ничего слышать! То, что он сделал… — И я запнулась, подбирая как можно более суровое выражение для недостойного поступка главы Тайной канцелярии.

— Понятия не имею, в чем перед вами провинился Себастьян, но не сомневаюсь, что у вас есть все причины негодовать. — Губы Янора исказила слабая усмешка.