Ковен Ядовитых Жал

Кассандра не мигая смотрела на внучку, проследив за движением ее пальцев, когда та на автомате поправила связку браслетов на своем запястье. Не торопясь, старшая ведьма потянулась к небольшой прямоугольной коробке, стоящей на столике рядом с вазой сухоцветов, и вытянула трубку.

Сверкнула спичка в ее руках, и серый дым растекся по комнате.

Кассандра закинула ногу на ногу, покачивая острым носком туфли-лодочки, и подняла строгий взгляд на внучку.

— В этом не было необходимости. Ковен знает все, — многозначительно сказала Глава рода, выдыхая густое облако дыма.

Киссия слегка поморщилась, прочищая горло от саднящего кашля.

— Отлично, — поджала губы девушка, подавая корпус вперед и опираясь рукой о край софы, — Тогда почему же он не знает, что случилось с предыдущей хранительницей этого Чернокнижника?

Киссия надеялась увидеть хоть какие-то изменения в лице бабушки, но оно оставалось холодно-спокойным. Ни один нерв не дрогнул.

— Этот разговор в прошлом, он окончен.

Время замерло в комнате, а движение воздуха замедлилось, окуная юную ведьму в вязкую субстанцию, в которой не то что пошевелиться — вдохнуть было тяжело. Повелительная сила магии Главы Рода давила со всех сторон, вызывая подсознательное желание сжаться и стать такой маленькой, какой это было возможно.

Киссия изо всех сил сопротивлялась этому детскому порыву, распрямляя плечи и не давая себе вжаться в них.

— Я жду, — сказала Кассандра, склоняя голову на бок и держа трубку изящно в своих длинных пальцах с темными ногтями. Ее бледная кожа едва заметно подсвечивалась изнутри от той силы и власти, что текла по ее венам.

От этой силы Киссию отделяют годы и годы опыта, знаний и жизни.

Она набрала в легкие воздух, сопротивляясь давлению.

— Он меня спровоцировал.

Кассандра и бровью не повела. Ее нога спокойно покачивалась из стороны в сторону, когда она строго сказала:

— Ты живешь с ним в одном доме уже год. Пора привыкнуть к его манере выражения своего недовольства, — осадила старшая ведьма.

Киссия открыла рот, чтобы возмутиться, но Кассандра сузила глаза и подняла руку, призывая к молчанию.

— Твоя задача следить, чтобы он не нарушал условия своего заключения, дорогая моя.