Ковен Ядовитых Жал

Звук, издаваемый Кассандрой каждый раз, когда Киссия заводила этот разговор в течение прошедшего года.

— Ты же знаешь, — говорит Глава Рода медленно и четко, словно Киссия помешалась и ей нужно разжевывать каждую фразу, — Бальзамо Кадуцеус не смог бы пройти сквозь сковывающее его заклинание. К тому же, — она делает паузу длиннее, привлекая внимание Киссии, и говорит, глядя внучке в глаза, — Он не может применять магию против Хранителя кольца.

— Он мог схитрить. Он же Чернокнижник, черт его возьми! Скользкий, как.

..

— Довольно! — повышает голос Кассандра, и Киссия чувствует, как магия Главы Рода просачивается в воздух, заставляя девушку прикрыть глаза и сделать короткий неглубокий вдох.

Кассандра отходит вглубь кабинета, опираясь рукой о свой рабочий стол. Ее глаза пригвождают внучку к месту.

— Довольно. Бальзамо Кадуцеус невиновен в том, что случилось с Камелией или с любой другой ведьмой ни в Смежном, ни в Новой Заре, ни где-либо еще. Он скован заклинанием наших предков и эту магию даже ему не перегнуть.

Если бы это было возможно, он бы освободился триста лет назад. Сегодня Род наложил на ваш дом еще одно заклинание. Сuïi resïstï non potэсt ħosŧïbuс***, закрепленное тотемным Лунным амулетом. Моя команда установила его, пока ты была здесь, и со стороны твоей двери в квартиру в Смежном, и со стороны самого дома в Новой заре, где заточен Бальзамо. Ты можешь не опасаться за свою жизнь внутри дома, а для города... Хоть зелье из зверобоя не рекомендуется принимать на постоянной основе, пока гул не перестанет приходить днем, можешь выпивать по флакону утром перед выходом в Смежный.

Кассандра перевела дыхание после долгой тирады, глядя на Киссию не менее воинственно, чем внучка, и стукнула кулаком по столу, указывая на открывшую было рот наманикюренным пальцем. Подводя черту.

— Разговор окончен.

Тяжелая магия главы рода сгустилась в воздухе.

Киссия прикрыла глаза, ощущая, как ноет в висках, и почувствовала, что ее лицо покрылось испариной. Она тяжело, как и бабушка, дышала, поджимая губы.

Речь Главы Рода не переубедила ведьму ни на минуту.

В кабинете воцарилась тишина. Густой цитрусовый аромат от чаши въедался в легкие, но больше не оказывал умиротворяющего воздействия. Слышно было размеренный ход больших, подвешенных в воздухе часов, и их обоюдное тяжелое дыхание.

Киссия прошла к брошенным у тумбы возле двери вещам, натягивая куртку на плечи и беря в руки сумку, груженную не понадобившимися сегодня конспектами для института.