Ветра Унтара

Эрик заиграл, и вдруг неожиданно стало не под силу оторвать взгляд от сидящего посреди сцены длинноногого музыканта в нелепом костюме. Зал заколдованно следил за волшебными, уверенно ласкающими струны пальцами, опущенной пшеничной копной волос и грезил хрустальной, рассыпавшейся легкими капельками "Старинной Галерой" Амслея. Эрик пробрался в душу каждого, заставил дрожать и плакать, и, утешая, сам же лил медовый дождь из-под струн распаленной лютни. Эмиль весь превратился в слух, он собрался, напрягся и закрыл глаза, его пальцы невольно отстукивали ритм по тыльной стороне кресла.

И только Тигиль был невозмутим. Он должен был доставить Эрика на сцену и блестяще с этим справился. "Галеры" - длинное произведение, у меня было достаточно времени, чтобы насладить и слух и... очи.

У Эрика теплые хитрющие глаза, темные прямые брови и длинный, чуть вздернутый нос. Его крупные, ясно очерченные губы способны принимать всевозможные положения на лице и выражать все что угодно. Это, пожалуй, и есть единственное отличие.

Рот Эмиля владеет совершенно иной, таинственной, чувственной пластикой...

Я поняла, что все кончено тогда, когда Эрик перешел ко второй части произведения. Внезапно и совершенно неизбежно явилось ко мне знакомое чувство сквозняка, но на этот раз сквозняк был такой, что меня прошиб холодный пот, кожа вмиг покрылась гусиной кожей и я услышала зов ольховых листьев с окрестностей Алъерьских лесов. Они шептали мне о том, что страшный ураган мчит прямо сюда, в столицу.

"Доигрались, - в ужасе подумала я, - бестолковые, безответственные дети! Что же теперь будет?"

Эмиль так и сидел с закрытыми глазами, нет, его сейчас лучше не трогать.

- Тиг, Ураган в городе! - шепнула я и стала проталкиваться за сцену.

Пока я добралась до гримерки, я услышала в свой адрес много нелестных слов. Такое впечатление, что наши подопечные специально выбирают для нападения наиболее неудобные моменты.

Ключ от гримерки лежал у сцены на футляре от контрабаса. В последний раз взглянула я на играющего Эрика, он сидел ко мне спиной, и я увидела очарованные музыкой лица людей, сидящих в зале.

Успеешь ли ты закончить, Эр? Его арбалет лежал отдельно, сам по себе, ведь Эрик пришел в гримерку первым. Я и так все знала, но на всякий случай решила взглянуть. Руна светилась, светилась не ярко, но отчетливо. Ураган принадлежал Эрику, но Эрик не принадлежал урагану. Ведьмовы проблемы! Будь что будет! Я дождусь, пока Эрик доиграет.