Ветра Унтара

Окна звенели и выпрыгивали из рам, бедные деревья в саду трещали, сгибаясь до земли. Ветер крепчал.

На лестнице, ведущей на второй этаж прямо из гостиной, наконец, появилась Ив. В одной рубашке, со следами подушки на щеке, она перевесилась через перила и испуганно спросила:

– Что происходит? Буря? Война? У нас в спальне окно разбилось!

В подтверждении сказанного ветер насел на окна, и они прогнулись так, точно были сделаны из рыбьего пузыря.

– Ветер... – сообщил очевидное Эрик. - Ишь как воет! Итта загнала нас в дом.

Малышка, да ты еще спишь. Посиди-ка здесь, под моим присмотром. - С этими словами Эрик резво вбежал по лестнице на второй этаж, подхватил Ив на руки и, спустившись с добычей в гостиную, заботливо усадил девушку в кресло. Ив действительно ещё толком не проснулась. Сновидения румянцем блуждали по нежным щекам. Ей было страшно, но только самую малость. Ив не дано слышать то, что происходит в природе, да и потом, рядом с ней развалился длиннющий и никогда ничего не боящийся Эрик.

Дом тряхнуло с новой силой.

Раздался жуткий грохот на крыше - осколки черепицы дождем хлынули на подоконник. Что-то огромное сползло по карнизу, а затем шарахнуло о водосточную трубу.

– Флюгер! – ахнула я, потому что услышала, как он падает в траву и катится.

Тяжелый флюгер катился, как перышко. Наша гордость - герб музыкального отделения Туона, золотой лев с двумя хвостами лежал на земле.

Меня словно пригвоздило к месту, придавило чужими чувствами. Я слушала мир.

Переломило боярышник.

Он вскрипнул, крона царапнула по стене дома и упала. За окнами гостиной пролетело колодезное ведро, отвалился громоотвод, повис на мгновение в воздухе, звякнул о кирпичную стену и копьем пронзил дождевую бочку.

«Бедная Долина Зеленых Холмов!» – с ужасом думала я. – «Бедные люди, которые трудятся поутру в полях! Бедные их лошади! Бедные детишки, идущие в школу! Что с ними всеми будет?!»

Я собралась, как учил всезнающий Улен, закрыла глаза и представила внутри себя железный сосуд спокойствия.

Мне нужно, очень нужно было услышать сейчас холмы любимой долины.

Свист и грохот приглушились в толще пространства, а потом неожиданно наступила полная тишина. За полмили от нас царил покой. В полях ветра не было, ветра не было в Долине, и даже на соседнем хуторе господина Лески, местного фельдшера, ощущалась лишь обычная утренняя суета. Ветер атаковал только нас. Мы оказались одни в тонущей лодке, «вода» прибывала.

– Эй! - тронули меня за плечо.