Ветра Унтара

Я хочу услышать ее, услышать здесь и сейчас - ни Угрюмые Феи, ни Бешеный блюз, и даже Ив не остановят меня, Эр, ты знаешь!

Он прекрасно понял меня, хотя мы не произнесли ни слова. Гвардеец ушел. Эмиль был занят набиванием трубки. Он просыпал табак на колени. Ив рисовала ногтем узоры на лужице эля. Иногда ее наивность вдруг заканчивалась, и тогда она попадала в самую точку. Но сегодня этого не произойдет.

- Только одну песню и все, спать, - сказал Эрик, прижал свою гитару и замер. Сам того не осознавая, Эрик хотел обставить брата, и я не сомневалась, что у него получится.

Как бы не был талантлив Эмиль Травинский, гитара - капризная госпожа, она ценит преданных влюблённых, готовых ради неё на любые лишения, не мыслящих без неё даже одного прожитого дня. Одним словом таких, как Эрик.

Он тронул струны, мороз пошел по коже, и в горле застыл томительный глоток. Это звучала мелодия старинной баллады:

У темной птицы дивный дар

Во мгле горящих глаз,

Убьет ее любви удар,

Когда коснется вас.

Не сложно бури по весне

Крылами разрезать,

И разорвать струну во мне,

Которой не сыскать.

Но только до весны уснет

Ее волшебный дар,

Забудет бури и уйдет

Туда, где есть пожар.

Слезами потекут ручьи,

И льды пойдут ко дну,

Тогда молчи, мой друг, молчи,

Храни ее одну.

У темной птицы дивный дар,

Чисты ее мечты,

И нет другой такой, а я...

Молчи, мой брат, молчи,

Молчи, мой брат, молчи,

Молчи.....

Эмиль и так молчал, его трубка никак не разгоралась. Он тоже прекрасно помнил эту песню.

Вот ведьма! Эрик умел играть на гитаре! В его руках она, точно живая, ткала любовь из всего что придется. Она словно говорила: А чего ты ожидала, самонадеянная Итта? Покоя? Смирения? Если так, то ты ошибалась! Не ты дразнишь его своей улыбкой, нет. Это он отлично помнит дорогу туда, где под толстым свитером и малахитовой Розой Ветров предательски громко колотится твое разбитое сердце. Один - один, красавица, и Угрюмые Феи тут не при чем.

- Пойду-ка я спать, - Эмиль встал и, возвышаясь над всеми, в последний раз щелкнул огнивом.

- Слушай, Эм! В жизни не ел ничего вкуснее того темного сыра! - заявил Эрик, как ни в чем не бывало, запихивая гитару в чехол. - Надо обязательно прихватить с собой хоть пару головок.

- Мне бы твою уверенность, - холодно произнес Эмиль. - У нас и без сыра есть чем оттянуть плечи. До Гавани дотащить бы себя самих, так что, извини, идея дурацкая!

- Как знаешь, - пространно изрек Эрик, он тоже встал и закинул гитару на плечо.