Обречённые

Номус присел на каменный выступ и принялся развязывать мешок. Он достал оттуда небольшой клинок, несколько магических артефактов, два новеньких плаща из плотной ткани и пару тушек мелких демонов.

Этна тем временем заинтересованно разглядывала добычу, размышляя, как она ему досталась. Неужели он решил заняться мародёрством в самый разгар бури? Многие скитальцы промышляют этим, но во время штормов мародёров становится гораздо меньше.

Заметив её нескрываемое любопытство и приняв его за жажду наживы, Номус поспешил спрятать артефакты обратно в мешок.

Этна перевела взгляд на широкие рукава его плаща и заметила пятна крови.

— Ты ранен? — спросила она.

— Что? — он спешно закатал рукав. — Нет.

Очевидно, была бы она скитальцем, решила бы воспользоваться шансом, чтобы напасть на раненого и отобрать добычу. Таков был закон Бездны. Поэтому Номус постарался скрыть свои раны. Возможно, он вступил в схватку с другими мародёрами, и его ранили.

— Не волнуйся, я не причиню тебе вреда, — сказала Этна, и, так и не дождавшись ответа, продолжила.

— Все обречённые живут и охотятся группами. Как же ты выживаешь в Бездне совсем один?

— Что-то ты шибко разговорилась, — пробурчал Номус и бросил перед ней тушки демонов. — Разберись лучше с едой.

Этна подвинулась поближе и принюхалась. Она опасливо вытянула руку и схватила одну из тушек. Неужели это и вправду для неё? Впрочем, нужно скорее есть, пока не отобрали.

Она с жадностью впилась зубами в чешую, вгрызаясь в сочное мясо. По её рту приятно разлилась тёплая кровь.

Этна прикрыла глаза от удовольствия, хищно отрывая куски мяса и смакуя каждую косточку. Внезапно она ощутила на себе взгляд Номуса. Взгляд, полный отвращения. Видимо, у людей не принято было поедать добычу с подобным вожделением. Этна отложила недоеденного демона и вопросительно уставилась на скитальца.

— Что-то не так? Почему ты не ешь?

Номус ничего не ответил. Он поднял с пола вторую тушку и ловко разделал её, отрубив голову и избавившись от внутренностей и чешуи. Затем он достал откуда-то небольшой мешочек со специями и принялся посыпать ими мясо.

Когда приготовления были окончены, он нанизал тушку на стрелу и повесил над огнём. Всё это время Этна внимательно наблюдала за каждым его действием, не до конца понимая их смысл. Но когда мясо над костром слегка задымилось и начало ароматно шкворчать, её обоняние взбудоражилось.

Подождав, пока тушка покрылась аппетитной золотистой корочкой, Номус снял её с костра и протянул гостье.