Стережеи. Тропами Кривды и Правды

Сырость и духота в палате облепляли кожу, затхлый запах пыли и железа забивал нос. Добравшись до толстых, добротных столов, укрытых тканями, Драган снова окинул всех взглядом и, огладив бёдра, дёрнулся, забывшись, что пояса нет. Люди неохотно расступались, сердито сверля наглого юнца с едва проклёвывающейся светлой бородкой.

Низкий мужик с круглым брюхом устало склонился над дощатыми счётами, утирая испарину с багрового лба. Вот уж у кого, а у менял работы невпроворот в любое время дня и ночи. А уж в зиму, когда жатва закончена, весенние цыплята и бычки подросли, жжённый уголь грудами лежит во дворах, люди торгуются, меняясь на кожу, меха, лошадей и соль; а охотнее всего — на деньги.

— Добре вечер, — Драган услужливо поклонился. — Почём кравенский сребряк меняешь?

Чуть поодаль, барственно вертя головой, Вересея кивала каждому, кто кланялся, завидев служительницу Правды. Шрамы бледнели в блёклом свете лучин.

— Один сребряк — осемь дольн. Одну дольну за обмен.

— По что серебро на медь меняешь? — недовольство читалось на лице.

Мужик деловито подбоченился, с ног до головы осмотрев Драгана. Ни страха, ни уважения, ни трепета. Будь стережей при своём поясе, смотрел бы иначе?

— А чем медные не по нраву? — меняла нахмурился, опустив глаза в дощатый счёт«Дощатый счёт» — счёты, используемые на Руси с XV века. Представлял собой рамку с укрепленными горизонтальными веревочками, на которые были нанизаны просверленные сливовые или вишневые косточки.. — Деньги — везде деньги.

Стережей громко хмыкнул и уже было согласился, как Вересея задела его локтем и отшатнулась, якобы случайно. «Не меняй», — прочитал он с девичьих губ.

От духоты и вони разболелась голова. Скуксившись, Драган обдумывал её слова. Почему не менять? Что тогда делать? У них ничего нет, кроме редяков!

— Так что, будешь, чи нет? Коли нет, ступай вон, народу ещё целая орава.

Тучный меняла уселся на лавку, недовольно махая грязной от монет рукой. Видно, ходить вокруг да около с гостями не любит.

— Буду, — смекнул наконец. — Редяки на…

Драган стрельнул взглядом в стережею, ожидая ответа и нащупывая калиту на бедре. Беззвучно зашевелив губами, Вересея раз за разом повторяла одно и то же слово, но в такой темени он едва мог разглядеть. Что она там бормочет?

— Долго будешь моргалами хлопать, остолоп? Меняйся иль иди другим головы дрючить! — меняла зло поправил шапку.

Позади в один голос загоготали мужики, подхватив колкость и вынося её к толпе на улице.