Тоска по грядущей тени

Грузовички бродячих артистов остановились на окраине города, после сами собой, будто по волшебству, возникли шатры всех цветов радуги. Тут же горожане и гости Каспры изменили привычные маршруты для прогулок, стараясь не демонстрировать слишком сильную заинтересованность в происходящем, однако никто и не думал их осуждать: на площадке перед шатрами время от времени появлялись нарядные клоуны, древние чародеи, силачи и, выполняя простенькие номера, зазывали на грядущее представление, обещая там показать нечто еще более удивительное.

Гвоздем программы должно было стать шоу с драконом – Восточным Кои, белым очаровательным дракончиком с рыжими и алыми пятнами.

По легенде, чтобы появился Восточный Кои не требуется яйцо – в дракона должен трансформироваться особо упорный карп, который поднимется высоко-высоко по течению горной реки и пройдет через некое испытание (впрочем, современные ученые склонялись к мысли, что Восточные Кои просто не размножаются в неволе, потому их яйца никто не видел).

До позднего вечера работники цирка продолжали обустраивать площадку, выгружать клетки и приглашать всех на грядущее шоу. Наконец, они разбрелись по своим грузовичкам. Наступила ночь, только крики животных, необычные для Каспры, взрывали тишину городка.

Около трех, когда тьма переставала быть такой густой, раздался оглушительный рев дракона, а затем начался пожар. Когда Константин прибыл по сигналу одного из сигнализационных амулетов на площадку, где остановился цирк, тайный советник застал Восточного Кои, парящего над шатрами и выдыхающего клубы пламени один за другим.

Ткань шатров горела быстро, огонь легко перекидывался с одного сооружения на другое. Артисты убегали, возвращались, хватали вещи и разводили панику.

Константин почувствовал, что пальцы стали будто бы деревянные: так было всегда, когда ему необходимо было применять магию, а ошибиться было нельзя. Мужчина сделал несколько круговых движений кистью и медленно-медленно переплетал пальцы так, как недавно учил его Воронцов.

«Тот, кто торопится, успевает только на кладбище», – любил повторять канцлер.

Не всегда Константин был согласен с Александром Михайловичем, но сегодня был именно такой случай.

Большая волна поднялась над морем, накрыла поляну, где расположился цирк, и обрушилась на землю, но стоило первым каплям впитаться в песок, как вода снова собралась в единую волну и, взмыв вверх, вернулась обратно в море.